Право
Навигация
Реклама
Ресурсы в тему
Реклама

Секс все чаще заменяет квартплату

Новости законодательства Беларуси

Новые документы

Законодательство Российской Федерации

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА ОТ 09.12.1994 N ... ГРЕЧЕСКИЕ НЕФТЕПЕРЕРАБАТЫВАЮЩИЕ ЗАВОДЫ "СТРЭН" И СТРАТИС АНДРЕАДИС (STRAN GREEK REFINERIES AND STRATIS ANDREADIS) ПРОТИВ ГРЕЦИИ [РУС. (ИЗВЛЕЧЕНИЕ), АНГЛ.]

(по состоянию на 20 октября 2006 года)

<<< Назад


                                              [неофициальный перевод]
   
                   ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
   
                            СУДЕБНОЕ РЕШЕНИЕ
             ГРЕЧЕСКИЕ НЕФТЕПЕРЕРАБАТЫВАЮЩИЕ ЗАВОДЫ "СТРЭН"
              И СТРАТИС АНДРЕАДИС (STRAN GREEK REFINERIES
                  AND STRATIS ANDREADIS) ПРОТИВ ГРЕЦИИ
   
                    (Страсбург, 9 декабря 1994 года)
   
                              (Извлечение)
   
           КРАТКОЕ НЕОФИЦИАЛЬНОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ ДЕЛА
   
                           A. Основные факты
   
       В соответствии с контрактом, заключенным 22 июля 1972 г. между
   греческим государством и г-ном Андреадисом, последний взял на себя
   обязательство построить и через компанию,  которая  будет  создана
   впоследствии,  управлять  нефтеперерабатывающим  заводом в Мегаре.
   Государство обязалось приобрести землю для строительства завода  и
   ратифицировало  контракт  декретом,  опубликованным в "Официальной
   газете";  тем   не   менее   государство   не   выполнило   своего
   обязательства.
       14 октября 1977 г. Правительство прекратило действие контракта
   в  соответствии  с  Законом  N  141/1975  о  прекращении  действия
   преференциальных контрактов,  заключенных во  время  пребывания  у
   власти военного режима.  Компания "Стрэн" подала иск в Суд большой
   инстанции г.  Афин  с  требованием  оплатить  понесенные  затраты.
   Государство оспорило компетенцию суда,  и дело перешло в арбитраж,
   разбирательство в  котором  было  завершено  27  февраля  1984  г.
   решением  в  пользу заявителей.  В арбитражном решении говорилось,
   что претензии  компании  "Стрэн"  в  определенной  сумме  являются
   вполне обоснованными.
       2 мая 1985 г.  государство оспорило это решение в Суде большой
   инстанции  г.  Афин на основании того,  что арбитражная оговорка в
   контракте была аннулирована,  и  что,  следовательно,  арбитражное
   решение  не  имело  юридической  силы.  Суд  большой  инстанции  и
   впоследствии,  4 ноября 1986 г., апелляционный суд г. Афин вынесли
   решение против государства.
       25 мая 1987 г., когда дело ожидало рассмотрения в кассационном
   суде, и  после  того,  как судья - докладчик уже направил сторонам
   свое заключение,  которое также было в  пользу  истцов,  Парламент
   принял   Закон   N  1701/1987,  который  предусматривал,  что  все
   оговорки,  включая  арбитражные,  в  преференциальных  контрактах,
   заключенных  во  время  военного режима,  отменяются и арбитражные
   решения теряют силу;  законом  также  предусматривалось,  что  все
   претензии,  возникающие  в  результате  прекращения  действия этих
   контрактов, подпадают под действие истечения срока давности.
       16 марта  1989  г.  кассационный  суд в полном составе признал
   Закон N 1701/1987 конституционным.  Решением от 11 апреля 1990  г.
   первое   отделение   кассационного   суда   аннулировало   Решение
   апелляционного суда от 4 ноября 1986 г.
   
            B. Разбирательство в Комиссии по правам человека
   
       В жалобе,  поданной в Комиссию 20 ноября  1987  г.,  заявитель
   утверждал,  что  нарушены статья 6 п.  1 и статья 1 Протокола N 1.
   Жалоба была признана приемлемой 4 июля 1991 г.
       В своем   докладе  от  12  мая  1993  г.  Комиссия  установила
   обстоятельства дела и выразила следующее мнение:
       a) что  имело  место  нарушение  статьи  6  п.  1  Конвенции в
   отношении права на справедливое разбирательство (единогласно),  но
   не в том, что касается срока разбирательства (двенадцатью голосами
   против двух);
       b) что   имело   место   нарушение  статьи  1  Протокола  N  1
   (единогласно).
       Комиссия передала дело в Суд 12 июля 1993 г.
   
                    ИЗВЛЕЧЕНИЕ ИЗ СУДЕБНОГО РЕШЕНИЯ
   
                             ВОПРОСЫ ПРАВА
   
              I. Предварительные возражения Правительства
   
       31. Правительство   утверждало,   что   если  бы  суд  большой
   инстанции не отказался по просьбе заявителей от рассмотрения иска,
   поданного  19 декабря 1986 г.  (см.  п.  17 выше),  то в этом суде
   продолжалось  бы  рассмотрение  этого  иска,   поданного 10 ноября
   1978 г., и  была  бы  возможность  признания  статьи 12  3 Закона
   N 1701/1987 несовместимой с Конституцией и  Конвенцией,  поскольку
   вопрос  о  конституционности  этой  статьи  еще не был тогда решен
   пленумом кассационного суда. Если бы суд большой инстанции занялся
   этим вопросом,  то позиция истцов могла бы юридически основываться
   на статьях 4, 5, 20  2, 28 и 93  4 Конституции.
       32. Суд заявляет, что он принимает во внимание предварительные
   возражения,  лишь если государство выдвинуло их по  существу  и  с
   достаточной   ясностью   в   Комиссии,   как  правило,  на  стадии
   первоначального рассмотрения вопроса о приемлемости.
       33. В   Комиссии  Правительство  утверждало  в  основном,  что
   заявители должны были начать в 1977  г.  административный  процесс
   против Решения  министерского  комитета  экономики  от  14 октября
   1977 г.,  прекратившего  действие  спорного  контракта.   Комиссия
   отклонила  это возражение на тех основаниях,  что Правительство не
   представило доказательств,  что это могло  бы  каким-либо  образом
   помочь заявителям после вступления в силу Закона N 1701/1987 в его
   применении к  заявителям  и  после  длительных  разбирательств  во
   внутренних судах.
       34. В своем  меморандуме  в  Суд  Правительство  сослалось  на
   следующий  аргумент  из  своих  дополнительных  замечаний от 6 мая
   1991 г. относительно  приемлемости  жалобы:  заявители  "предпочли
   подать свои   иски  в  соответствии  с  процедурой...  которая  не
   предусмотрена в правовой системе  Греции,  -  в  арбитраж,  -  это
   помешало  исчерпать  законные  правовые  средства  в  делах такого
   рода", и жалоба поэтому неприемлема.
       35. По  мнению  Суда,  такое  утверждение не может подтвердить
   обоснованность возражения,  сделанного  Правительством  на  данном
   этапе  рассмотрения дела.  Когда государство полагается на правило
   исчерпания,  оно должно достаточно ясно указать на те  эффективные
   средства   защиты,  к  которым  заявители  не  обратились;  органы
   Конвенции не могут по собственной инициативе устранять  какие-либо
   недостатки     или     отсутствие     точности     в    аргументах
   государства -  ответчика  (см.  среди  многих  других  прецедентов
   Решение  по  делу  Барбера,  Мессеге и Ябардо от 6 декабря 1988 г.
   Серия A, т. 146, с. 27, п. 56).
       Кроме того,    Суд    отмечает,   что   именно   Правительство
   первоначально  оспаривало  юрисдикцию  обычных  судов  и   выбрало
   арбитраж как средство решения спора (см. п. 10 и 12 выше).
       36. Поэтому    государство    потеряло    право     выдвижения
   предварительного возражения.
   
         II. О предполагаемом нарушении статьи 6 п. 1 Конвенции
   
       37. Заявители   утверждают,  что  имело  место  два  нарушения
   статьи 6 п. 1 Конвенции, которая предусматривает следующее:
       "Каждый человек  имеет  право  при определении его гражданских
   прав и  обязанностей...  на справедливое... разбирательство дела в
   разумный срок... [а] судом..."
       Во-первых, статья 12 Закона N 1701/1987, примененная в их деле
   кассационным  судом,  лишила  их,  как  они  утверждали,  права на
   справедливое  судебное  разбирательство.  Во-вторых,  длительность
   разбирательства,    призванного    подтвердить    действительность
   арбитражного Решения от 27 февраля 1984  г.,  превысила  "разумный
   срок".
   
                     A. Применимость статьи 6 п. 1
   
       38. На слушании Правительство отрицало, что статья 6 применима
   в настоящем деле.  По мнению  Правительства,  предметом  "спорного
   вопроса"   во  внутренних  судах  был  вопрос  о  действительности
   арбитражной  оговорки,  следовательно,   и   самого   арбитражного
   решения. Это не был вопрос "гражданского права" в смысле статьи 6.
   Рассматриваемая оговорка являлась привилегией,  предоставленной  в
   особом   законодательном   контексте,   и  касалась  исключительно
   договорных отношений между военным режимом и заявителями.
       Для того чтобы такие отношения имели правовые последствия, они
   должны  были  быть  ратифицированы  специальным  ad  hoc  законом,
   каковым  стал  декрет - Закон N 1211/1972 (см.  п. 7 выше).  Кроме
   того,  все законодательство об иностранных  инвестициях  в  Греции
   (см.  п. 7 выше) преследовало цели публичного интереса, а именно -
   экономическое развитие страны.
       39. Согласно   практике  Суда  понятие  "гражданские  права  и
   обязанности"  не  должно  пониматься  исключительно  в   контексте
   внутреннего права   государства   -   ответчика.  Статья  6  п.  1
   применяется    независимо    от    статуса    сторон,    характера
   законодательства, которым определяется решение споров, и характера
   государственного   органа,   компетентного   в   данном   вопросе;
   достаточно, чтобы результат судебного разбирательства был решающим
   для частных прав и обязанностей (см.  среди многих других  Решение
   по  делу  Алана  Якобсона от 25 октября 1989 г.  Серия A,  т. 163,
   с. 20, п. 72).
       40. Суд   отмечает,   что   после    прекращения    контракта,
   заключенного  между  заявителями  и  греческим  государством,  они
   предъявили к последнему иск в суд  большой  инстанции  г.  Афин  о
   возмещении  затрат,  которые  они  понесли по исполнению контракта
   (см. п. 10 выше). Их претензия, являющаяся по существу требованием
   о   возмещении   убытков,   была   основана   главным  образом  на
   утверждении,  что  государство  нарушило  свои  обязательства   по
   контракту еще до его прекращения.  При арбитражном разбирательстве
   их претензия имела аналогичные основания. Арбитражный суд частично
   (см.   п.  13  выше)  удовлетворил  претензию  заявителей,  приняв
   решение,  которое было окончательным,  безотзывным и  обязательным
   для исполнения как в соответствии с условиями контракта (статья 27
   п.  9 - см.  п.  10 выше),  так и в силу  законодательства  Греции
   (статья  904  Гражданского  процессуального  кодекса - см.  п.  25
   выше).
       Суд отмечает, что право, признанное за заявителями арбитражным
   судом,  было  "имущественным"  по  характеру  так  же,  как  и  их
   требование о возмещении убытков.  Поэтому их право получить суммы,
   присужденные арбитражным судом,  было в соответствии с  внутренним
   законодательством   "гражданским   правом"   в  смысле  статьи  6,
   независимо  от  вида  контракта  между  заявителями  и   греческим
   государством (см.  Решение  по  делу  издательства  "Перископ"  от
   26 марта 1992 г.  Серия A,  т.  234-B,  с.  66,  п.  40). Из этого
   следует,   что   результат   судебных   разбирательств,    которые
   государство  возбудило  в  обычных  судах  с целью добиться отмены
   арбитражного решения,  относился  к  "гражданскому  праву"  и  был
   решающим для определения гражданских прав.
       41. Таким образом, статья 6 п. 1 является применимой.
   
                      B. Соблюдение статьи 6 п. 1
   
                1. Справедливое судебное разбирательство
   
       42. Заявители   утверждали,  что  они  были  лишены  права  на
   справедливое судебное разбирательство и даже на  право  доступа  к
   суду. В  частности,  они  ссылались  на Решение по делу Голдера от
   21 февраля 1975 г. (Серия A, т. 18).
       Применение к   заявителям   статьи   12   Закона  N  1701/1987
   фактически    лишило    суды    как    компетенции     подтвердить
   действительность   арбитражного   решения,   так   и   возможность
   дальнейшего судебного разбирательства.  Такое  вмешательство,  как
   говорится   в  решении  по  делу  Голдера,  "неотделимо  от  риска
   произвольных  решений"  и   несовместимо   с   общими   принципами
   международного  права  и  с понятием верховенства права,  присущим
   Конвенции. С помощью законодательной меры государство решило дело,
   в  котором оно являлось одной из сторон.  "Законодательные фокусы"
   обернулись в судебных разбирательствах по  данному  вопросу  явным
   неравенством власти и права.
       43. Правительство  оспорило  такую  точку  зрения.  Парламент,
   являющийся  носителем  законодательной  власти,  имел полное право
   аутентичного толкования принятых им законов,  если  они  оказались
   неясными.   Кроме   того,  его  соответствующие  полномочия  прямо
   оговорены в статье 77 Конституции.  Очевидно, что такое толкование
   распространялось  на  все рассматриваемые дела,  потому что оно не
   вводило новых правил  и  не  вносило  поправки  в  соответствующие
   статьи, а всего лишь разъясняло их подлинный смысл.
       Такое вмешательство законодателя в полномочия судебной  власти
   не  могло  рассматриваться как незаконное,  и прежде всего потому,
   что эта власть имеет в своем  распоряжении  необходимые  средства,
   чтобы  избежать  произвола.  Именно  таков греческий правопорядок.
   Статья 93 Конституции запретила судам применять законы, содержание
   которых противоречит ей.  В настоящем деле, когда статья 12 Закона
   N  1701/1987  вступила  в  силу,  спор  относительно   юридической
   действительности  арбитражного  решения  все  еще рассматривался в
   кассационном суде.  Поэтому этот суд мог  установить,  имелись  ли
   условия, оправдывающие аутентичное толкование законодателем Закона
   N 141/1975,  и нарушало ли  такое  толкование  принцип  разделения
   власти.
       44. Суд придерживается мнения,  что слушания, последовавшие за
   вступлением  в  силу  Закона  1701/1987,  когда  дело  поступило в
   кассационный суд,  имели решающее значение.  Однако для того чтобы
   определить,  было  ли  разбирательство  в  этом суде справедливым,
   необходимо   принять   во   внимание   более    ранние    судебные
   разбирательства и чего добивались в них стороны.
       В иске заявителей в суд большой инстанции г.  Афин  10  ноября
   1978 г.  (см. п. 10 выше) речь шла о возмещении убытков, поскольку
   государство  уже  нарушило  свои   обязательства   по   настоящему
   контракту  до  прекращения  его  действия.  Дело  было  передано в
   арбитражный суд по инициативе государства, которое утверждало, что
   арбитражная  оговорка  все  еще  имела  силу,  и  которое  на этом
   основании оспорило компетенцию гражданских судов (см. п. 10 выше).
       Заявители, хотя  и  в  субсидиарном  порядке,  согласились  на
   передачу спора в арбитражный  суд,  и,  когда  их  претензия  была
   частично   удовлетворена,   стало   очевидно,   что  они  намерены
   подчиниться его решению.  Однако затем государство  изменило  свой
   подход  и  передало  дело в обычный гражданский суд,  где оспорило
   юридическую обоснованность арбитражной оговорки и,  следовательно,
   обоснованность арбитражного решения (см. п. 15 и 18 выше).
       Принятие Парламентом   Закона    N    1701/1987,    бесспорно,
   представляет поворотный пункт в судебных разбирательствах, которые
   до этого складывались не в пользу государства.
       45. Правительство  утверждало,  что принятие этого Закона было
   необходимо из-за различия взглядов известных авторитетов в области
   права,  противоречивых  судебных решений,  особых мнений судей,  а
   также из-за  изменения  позиции  сторон  в  отношении  арбитражной
   оговорки. Усиливавшаяся дискуссия и соображения публичного порядка
   потребовали разъяснить намерения законодателя  путем  аутентичного
   толкования   Закона   N   141/1975  даже  двенадцать  лет  спустя.
   Демократический  законодатель  был  обязан  устранить   из   жизни
   общества последствия мер,  принятых военным режимом.  В свое время
   обнародование  проекта   этого   Закона   привело   к   крупнейшей
   антиправительственной демонстрации,  направленной против диктатуры
   военного режима.
       46. Суд  не сомневается в намерении Правительства сделать все,
   чтобы   развеять   опасения   народа   Греции    и    восстановить
   демократическую законность.
       Однако после  вступления  Греции  в  Совет  Европы  28  ноября
   1974 г.   и   ратификации   Конвенции   страна   приняла  на  себя
   обязательства уважать принцип верховенства  права.  Этот  принцип,
   который гарантируется статьей 3 Устава Совета Европы,  находит,  в
   частности,  выражение в статье 6 Конвенции,  которая  обеспечивает
   право  на  справедливое  судебное  разбирательство  и где подробно
   изложены   необходимые   гарантии,   присущие    этому    понятию,
   применительно к уголовным делам.  В отношении споров о гражданских
   правах  и  обязанностях  Суд  сформулировал   в   своей   практике
   требование   состязательности   и  равенства  сторон.  В  судебных
   процессах,  где сталкиваются противоположные частные интересы, это
   равенство  предполагает,  что каждая сторона должна иметь разумную
   возможность представить свое дело в условиях, в которых ни одна из
   сторон  не  имеет  явного преимущества (см.  Решение по делу Домбо
   Бехера от 27 октября 1993 г. Серия A, т. 274, с. 19, п. 33).
       47. В  этой  связи Суд обращает внимание на то,  когда и каким
   образом была принята статья 12 Закона N  1701/1987.  Незадолго  до
   слушания  дела  в  кассационном  суде,  которое было первоначально
   назначено на 4 мая 1987 г.,  и после  того  как  стороны  получили
   мнение судьи  -  докладчика  с  рекомендацией  отклонить   жалобу,
   государство  стремилось  перенести дату слушания на том основании,
   что проект закона,  касающийся этого дела, все еще рассматривается
   Парламентом (см. п. 19 выше).
       Закон был принят 22 мая 1987 г.  и вступил в силу 25 мая после
   опубликования в "Официальной газете" (см.  п.  20 выше).  Слушание
   состоялось  1  июня (см.  п.  19 выше).  Хотя в Законе N 1701/1987
   основное  внимание  уделялось  пересмотру  условий  контрактов  по
   разведке  и  добыче  нефти и газа,  заключенных во время правления
   военной диктатуры между государством и компаниями,  среди  которых
   "Стрэн"   не  фигурировала,  статья  12  в  действительности  была
   направлена против  компании  -  заявителя,  хотя  последняя  и  не
   называлась (см.  п.  20 выше).  Суд полностью осознает, что в наше
   время  законодателю  часто приходится решать аналогичные вопросы в
   одном и том же законе для того,  чтобы срочно принимать неотложные
   меры.
       Тем не   менее   не   вызывает   сомнений,  что  вмешательство
   законодателя в  данное  дело  произошло  в  то  время,  когда  шел
   судебный процесс, в котором государство было одной из сторон.
       48. Правительство  стремилось  свести  к  минимуму  значимость
   такого вмешательства. По его мнению, заявители могли бы просить об
   отложении дела,  чтобы иметь больше времени для  подготовки;    2
   статьи 12 не имел самостоятельного значения и не лишал арбитражное
   решение  юридической   силы,   поскольку   предполагал   процедуру
   признания  решения  недействительным  в  соответствии с  1 той же
   статьи.  Наконец,  заявители имели  возможность  представить  свои
   доводы в первом отделении кассационного суда, который рассматривал
   дело по существу в свете решения пленума суда.
       49. Суд   не   удовлетворен   такой  мотивировкой.  Требование
   справедливости относится ко всему судебному разбирательству,  а не
   ограничивается слушаниями inter partes.  Несомненно,  что в данном
   деле видимость правосудия была соблюдена;  заявители действительно
   не  жаловались,  что  были  лишены  возможностей,  необходимых для
   подготовки к делу.
       Принцип верховенства  права  и понятие справедливого судебного
   разбирательства,  гарантированные в статье 6,  препятствуют любому
   вмешательству  со  стороны  законодательной  власти  в отправление
   правосудия,  предназначенного воздействовать на него. Редакция  1
   и  2  статьи  12,  взятых  вместе,  сделала фактически невозможным
   эффективное изучение дела первым  отделением  кассационного  суда.
   Поскольку  кассационный  суд  признал эти пункты конституционными,
   решение первого отделения этого суда было предрешено.
       50. Следовательно,   государство  нарушило  права  заявителей,
   предусмотренные статьей 6 п.  1, осуществив вмешательство, которое
   стало  решающим  для  того,  чтобы предвосхитить благоприятный для
   государства результат судебного  разбирательства,  в  котором  оно
   было одной из сторон. Поэтому имело место нарушение этой статьи.
   
                  2. Продолжительность разбирательств
   
       51. Остается  установить,  было ли,  как утверждают заявители,
   превышено "разумное время".
       Правительство и Комиссия считают, что оно не было превышено.
       a) Срок, который необходимо принять во внимание
       52. Соответствующий  период  начался 20 ноября 1985 г.,  когда
   Греция дала согласие на обращение своих граждан с  индивидуальными
   жалобами  в  органы  Совета  Европы.  Для  того  чтобы  установить
   разумность срока,  который  прошел  после  этой  даты,  необходимо
   учитывать стадию,   на   которой   дело   находилось  в  то  время
   (см. Решение по  делу  Билли  от  26  февраля  1993  г.  Серия  A,
   т. 257-G,  с. 89, п. 16). Из этого следует, что должно учитываться
   только   время   судебных   разбирательств   о    действительности
   арбитражного решения, то есть начиная со 2 мая 1985 г.
       53. В своей памятной  записке  Правительство  утверждало,  что
   "срок",  подлежащий  рассмотрению,  должен охватывать только общий
   период времени,  между каждым слушанием и  вынесением  решения,  -
   приблизительно два года и два с половиной месяца, потому что из-за
   специфики спорных вопросов суд,  принявший решение,  уже не  имеет
   права  продолжать разбирательство дела.  На слушании представитель
   заявителей утверждал,   что   соответствующий   период  закончился
   20 ноября  1985  г.,  когда  заявители  обратились  с  жалобой   в
   Европейскую  комиссию.  Часть кассационного разбирательства падает
   на время после этой даты.
       54. Суд  разделяет  точку  зрения Комиссии и заявителей в том,
   что необходимо  учитывать  весь  рассматриваемый  период,  который
   завершился   11  апреля  1990  г.,  когда  было  оглашено  решение
   кассационного суда   о   недействительности  арбитражного  решения
   (см. п.  23 выше). Поэтому общий срок составил четыре года, четыре
   месяца и двадцать дней.
       b) Разумный срок разбирательства
       55. Разумный    срок    судебного    разбирательства    должен
   определяться согласно критериям,  установленным в практике Суда, и
   в свете подлежащих оценке обстоятельств данного дела.
       Разбирательства в   суде   большой   инстанции   г.   Афин   и
   апелляционном  суде  г.  Афин  продолжались  восемнадцать месяцев,
   приблизительно шесть из которых предшествовали заявлению Греции по
   статье  25  Конвенции.  Эти  разбирательства  не  дают  повода для
   критики.  Разбирательства в кассационном суде  продолжались  более
   трех  лет  -  срок,  который потребовался,  чтобы учесть положения
   Закона N 1701/1987 и осуществить передачу дела в  соответствии  со
   статьей  563    2 Гражданско-процессуального кодекса на пленарное
   заседание кассационного суда, если одно из его отделений откажется
   применить Закон как противоречащий Конституции (см.  п. 21 выше in
   fine).
       56. Отсюда  следует,  что по данному вопросу не было нарушения
   статьи 6 п. 1.
   
         III. О предполагаемом нарушении статьи 1 Протокола N 1
   
       57. Заявители также  утверждают,  что  они  являются  жертвами
   нарушения статьи 1 Протокола N 1, которая гласит:
       "Каждое физическое   или   юридическое   лицо   имеет    право
   беспрепятственно  пользоваться  своим  имуществом.  Никто не может
   быть лишен своего имущества,  иначе как в интересах общества и  на
   условиях,    предусмотренных    законом    и   общими   принципами
   международного права.
       Предыдущие положения   ни   в  коей  мере  не  ущемляют  права
   государства  обеспечивать  выполнение  таких  законов,  какие  ему
   представляются   необходимыми   для   осуществления  контроля  над
   использованием собственности в соответствии  с  общими  интересами
   или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов".
       В представлении заявителей принятие  и  применение  статьи  12
   Закона N 1701/1987 лишило их права собственности,  в частности,  в
   отношении сумм,  присужденных им Решением N 13910/79 суда  большой
   инстанции  г.  Афин  и особенно Арбитражным решением от 27 февраля
   1984 г. (см. п. 11 и 13 выше).
   
               1. О наличии "имущества" в свете статьи 1
   
       58. Основной акцент в доводах Правительства заключался в  том,
   что никакое "имущество" истцов,  подпадающее под действие статьи 1
   Протокола  N  1,  не  стало  объектом  вмешательства  в  связи   с
   юридическими последствиями принятия Закона N 1701/1987.
       По мнению Правительства,  ни Судебное решение N  13910/79,  ни
   арбитражное   решение   не   были   достаточными  основаниями  для
   предъявления претензии к государству. Ни судебное решение, которое
   еще   не  стало  окончательным,  ни  арбитражное  решение  еще  не
   устанавливали  права,   которое   могло   считаться   окончательно
   признанным.
       Что касается    арбитражного    решения,     то     юридически
   недействительная  процедура не могла привести к решению,  имеющему
   законную силу.  Заявителям было хорошо известно,  что  арбитражное
   решение   будет   сомнительным   юридическим   основанием  для  их
   финансовых   претензий   до   тех   пор,   пока   вопрос   о   его
   действительности не будет окончательно разрешен. Решение N 5526/85
   Суда большой   инстанции   г.   Афин   (см.   п.   16   выше)    и
   Решение N 9336/86 апелляционного суда г.  Афин (см.  п.  18 выше),
   которые были первоначально вынесены  в  пользу  заявителей,  стали
   предметом  обжалования в кассационном суде и до его окончательного
   решения не могли служить подтверждением права собственности. Кроме
   того,  сами  заявители  предпочли начать разбирательство в обычных
   гражданских судах и энергично оспаривали компетенцию  арбитражного
   суда.
       Наконец, Правительство  заявило,  что  органам   Конвенции   в
   Страсбурге не следует оценивать жалобу заявителей,  не принимая во
   внимание всех доводов сторон и  их  позиции  в  арбитражном  суде.
   Государство не согласилось с тем, что имелись основания для жалобы
   компании "Стрэн", и постоянно оспаривало ее требования по существу
   сначала  в  Суде  большой инстанции г.  Афин,  затем в арбитражном
   суде,  а затем и в ходе рассмотрения  вопроса  о  действительности
   решения этого последнего.
       59. Для того чтобы определить,  имели ли заявители "имущество"
   по смыслу статьи 1 Протокола N 1,  Суд должен установить, признали
   ли Решение N 13910/79 суда большой инстанции г. Афин и арбитражное
   решение  такие  имущественные требования заявителей,  которые были
   достаточно обоснованны и исполнимы.
       60. По   сути,  предварительное  решение  определяет  существо
   спора,  указывая,  в какой форме будет проходить  разбирательство.
   Так,  суд  большой  инстанции  г.  Афин  в  принципе признал,  что
   государство является должником  заявителей  -  это  было  отмечено
   Комиссией, -  но  тем  не менее он решил заслушать свидетелей (см.
   п. 11 выше),  прежде чем принял решение о существовании и размерах
   предполагаемого  ущерба.  Результат  такого  решения мог позволить
   заявителям надеяться  на  конечный  положительный  результат,  что
   зависело от итогов проверки дела двумя вышестоящими судами.
       61. Иначе обстоит дело в  отношении  арбитражного  решения,  в
   котором  прямо  признается  ответственность государства по выплате
   максимальных сумм в трех различных валютах (см. п. 13 выше).
       Суд разделяет мнение Правительства, что в его задачу не входит
   соглашаться или нет с  арбитражным  решением.  Однако  Суд  обязан
   принять  во  внимание  юридическую ситуацию,  в которую поставлены
   стороны таким решением.
       Арбитражное решение было окончательным и обязательным;  оно не
   требовало применения каких-либо дополнительных принудительных  мер
   и не подлежало обычному или особому обжалованию (см.  п. 10 выше).
   В соответствии  с  законодательством  Греции  арбитражное  решение
   является  окончательным  и обязательным для исполнения.  Основания
   для  его  обжалования   полностью   перечислены   в   статье   897
   Гражданско-процессуального кодекса (см. п. 25 выше); в этом списке
   нет никаких оговорок для обжалования по существу дела.
       62. На  момент  промульгации  Закона  N  1701/1987 арбитражное
   Решение от 27 февраля 1984 г. давало заявителям право на получение
   присужденных  сумм,  тем более что обычные суды к тому времени уже
   дважды - суд большой инстанции и апелляционный -  подтвердили  это
   решение.  Таким  образом,  по  мнению  Суда,  это право составляло
   "имущество", подпадающее под действие статьи 1 Протокола N 1.
   
                    2. Имело ли место вмешательство
   
       63. Из представления,  сделанного заявителями, следовало, что,
   хотя собственность не была передана государству,  следствием  2 и
   3  статьи  12  было  лишение  их  имущества  de  facto,  поскольку
   оказалось  отмененным  окончательное  и  обязательное  арбитражное
   решение в их пользу.
       64. Комиссия  полагала,  что  это  является  нарушением  права
   беспрепятственно пользоваться своим имуществом, предусмотренного в
   абзаце 1 статьи 1 Протокола N 1.
       65. Правительство  не  согласилось  с  этим.  Оно  утверждало,
   что  2  статьи  12  говорит  лишь о последствиях  1  и  не имеет
   самостоятельного значения. В этой связи Правительство ссылалось на
   свои  доводы  относительно  статьи 6 Конвенции (см.  п.  48 выше).
   Правительство   также   заявило,   что       3    вводил    меру,
   конституционность  которой  не  была проверена внутренними судами,
   рассматривавшими иск заявителей,  и что  при  необходимости  можно
   было  предъявить новый иск,  если отказ заявителей от первого иска
   приводил к его прекращению (см.  п.  17 выше).  Однако в последнем
   случае   заявители   столкнулись   бы   с  проблемой  неисчерпания
   внутренних средств защиты.
       66. Суд решил, что имелось вмешательство в право собственности
   заявителей,  как  оно  гарантируется  статьей  1  Протокола  N  1.
   Согласно    2  статьи  12  Закона N 1701/1987 арбитражное решение
   становилось  недействительным  и  не  имеющим  обязательной  силы.
   Параграф  3  предусматривал,  что любая претензия к государству на
   основании  контрактов,   подобных   тому,   какой   был   заключен
   заявителями,  не  может быть предметом обращения в суд.  По общему
   признанию,   кассационный   суд   оставил   открытым   вопрос    о
   конституционности  3, и заявители теоретически имеют возможность,
   как утверждает Правительство,  добиваться решения по иску 1978  г.
   или  подать  новый  иск.  Однако  перспективы на успех такого шага
   кажутся минимальными.  Действительно,  возникает вопрос,  пошел бы
   суд   большой   инстанции   на   то,   чтобы  считать  этот  пункт
   неконституционным, исходя    из    общих   положений   Конституции
   (см. п.  31 in fine выше),  в свете решения пленума  кассационного
   суда от  16  марта  1989  г.  относительно    1  и  2  статьи  12
   (см. п.  22 выше).  Как это решение,  так и Решение  кассационного
   суда  от  11  апреля  1990 г.  (см.  п.  23 выше) прекратили раз и
   навсегда судебные разбирательства,  о которых идет речь,  что было
   целью законодателя при принятии статьи 12. Об  этом  можно  судить
   по  4, предназначенному положить конец единственному спору такого
   рода,  находившемуся на рассмотрении в судах в то время,  а именно
   спору  между  заявителями  и  государством,  а  также  по      3,
   предназначенному исключить любой такой иск на будущее.
       67. Из   этого   следует,  что  заявители  не  могли  добиться
   выполнения  арбитражного  решения,  в   соответствии   с   которым
   государство  было  обязано  выплатить указанные суммы в возмещение
   затрат,  понесенных заявителями при  исполнении  своих  договорных
   обязательств; заявители также не могли предпринять дальнейшие шаги
   для получения причитающихся им сумм через суды.
       Следовательно, имело место вмешательство в право собственности
   заявителей.
   
                  3. Было ли вмешательство оправданным
   
       68. Рассматриваемое вмешательство не было ни конфискацией,  ни
   мерой по контролю над использованием собственности;  оно подпадает
   под действие первого предложения первого абзаца статьи 1.
       69. Поэтому   Суд   должен  определить,  было  ли  установлено
   справедливое  равновесие  между  требованиями   защиты   интересов
   общества и требованиями защиты основных прав человека (см. Решение
   по делу Спорронг и Лоннрот против  Швеции от 23  сентября  1982 г.
   Серия A, т. 52, с. 26, п. 69).
       70. По мнению Правительства,  Законы N  141/1975  и  1701/1987
   преследовали  публичный  интерес,  который  в конкретном контексте
   имел  намного  более  важное  значение,  чем   только   устранение
   экономических последствий режима диктатуры. Эти законы были частью
   основных мер,  предназначенных  утверждать  право  и  волю  народа
   Греции защищать демократию.  Основанием для жалобы истцов послужил
   преференциальный контракт,  который наносил ущерб экономике страны
   и  который помог поддержать военный режим и создать впечатление на
   национальном и международном уровне,  что  этот  режим  пользуется
   поддержкой  видных  представителей  деловых кругов Греции.  Время,
   которое прошло между восстановлением демократии и принятием Закона
   N  1701/1987,  решение  государства  выбрать арбитраж и меру чисто
   технического характера, и тот факт, что претензии компании "Стрэн"
   относились  исключительно  к  возмещению  ее  расходов,  - все эти
   обстоятельства несущественны.
       71. Заявители  не  оспаривали утверждение Правительства о том,
   что вред, нанесенный жестокой практикой военного режима публичному
   интересу, несоизмерим с претензиями по сделкам, заключенным с этим
   режимом.  Однако публичный интерес,  с которым  Суд  встретился  в
   рассматриваемом  деле,  был другим.  Несправедливо,  если бы любые
   правовые отношения,  заключенные с диктаторским режимом, считались
   не  имеющими  силы,  после того как режим прекратил существование,
   тем более что рассматриваемый контракт на строительство завода  по
   переработке    нефти   представлял   интерес   для   экономической
   инфраструктуры страны.
       72. Суд   не   сомневается,  что  демократическому  греческому
   государству  было  необходимо   прекратить   действие   контракта,
   который,  как  он  считал,  наносит экономический ущерб.  Согласно
   практике  международных  и  третейских  судов  любое  государство,
   несомненно,  имеет  суверенное  право  вносить  поправки  или даже
   прекращать действие контракта, заключенного с частными лицами, при
   условии  возмещения  материальных  потерь  (арбитражное Решение от
   24 июля 1930 г. по делу Шуфельда. Recueil de Sentences arbitrabes.
   {Societe} <*> des Nations.  Т.  II.  С. 1095). Это свидетельствует
   как о признании того,  что интересы государства имеют приоритет по
   отношению  к  договорным  обязательствам,  так  и  о необходимости
   сохранять справедливое равновесие в договорных отношениях.  Однако
   одностороннее  прекращение контракта не должно прекращать действие
   некоторых его основных пунктов,  таких,  например, как арбитражная
   оговорка.   Изменение   установленного  механизма  путем  принятия
   официальной поправки  позволило  одной  из  сторон  уклониться  от
   такого  пути  разрешения споров,  ради которого и была сделана эта
   арбитражная оговорка (см. Решение Постоянной палаты международного
   правосудия по делу Лозингера от 11 октября 1935 г. Серия C, т. 78,
   с.  110,  и арбитражные Решения по делу компания  "Лена  Голдфилдз
   лтд."  против Советского Правительства.  Annual Digest and Reports
   of Public Internationаl Law Cases,  т.  5 (1929 - 1930 гг.),  дело
   N 258).
       --------------------------------
       <*> Здесь  и  далее  по  тексту  слова  на  национальном языке
   набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
   
       73. В этой связи Суд отмечает,  что  правовая  система  Греции
   признает принцип       автономности      арбитражной      оговорки
   (см. п.   18   выше)   и   что   суд   большой   инстанции    Афин
   (см. п.  16  выше),  апелляционный  суд  Афин (см.  п.  18 выше) и
   судья - докладчик кассационного суда (см.  п.  19 выше)  применили
   этот принцип в настоящем деле.  Кроме того,  оба эти суда считают,
   что  претензии  заявителей,  поданные  до   прекращения   действия
   контракта, не были в силу этого недействительны.
       По завершении арбитражной процедуры,  которую государство само
   выбрало и которая признавалась действительной до дня слушания дела
   в кассационном суде, государство было обязано выплатить заявителям
   присужденные суммы.
       74. Приняв на стадии слушания дела в кассационном суде решение
   вмешаться,  чтобы  прекратить с помощью закона действие контракта,
   объявив  недействительной   арбитражную   оговорку,   и   отменить
   арбитражное Решение от 27 февраля 1984 г.,  законодатель нарушил в
   ущерб заявителям  равновесие,  которое  должно  соблюдаться  между
   защитой права собственности и требованиями публичного интереса.
       75. Поэтому нарушение статьи 1 Протокола N 1 имело место.
   
                   IV. Применение статьи 50 Конвенции
   
       76. Статья 50 Конвенции предусматривает:
       "Если Суд установит,  что решение или мера, принятые судебными
   или иными властями Высокой Договаривающейся Стороны, полностью или
   частично  противоречат  обязательствам,  вытекающим  из  настоящей
   Конвенции,  а  также  если  внутреннее  право  упомянутой  Стороны
   допускает лишь частичное возмещение последствий такого решения или
   такой меры,  то решением Суда,  если в  этом  есть  необходимость,
   предусматривается справедливое возмещение потерпевшей стороне".
       Заявители потребовали  возмещения   материального   ущерба   и
   компенсации судебных расходов и издержек.
   
                         A. Материальный ущерб
   
       77. Заявители  утверждали,  что  только  выплата полной суммы,
   присужденной   арбитражным   решением,   могла   бы   представлять
   restitutio  in  integrum,  требуемое в соответствии со статьей 50.
   Поэтому они потребовали выплаты в  качестве  материального  ущерба
   этой  суммы  ("основной")  плюс  проценты  по твердой ставке в 6%,
   которые,  как они утверждали,  были включены в арбитражное Решение
   за период от 10 ноября 1978 г.  до даты нарушения,  что составляет
   общую сумму  175869155,78  драхмы,  24282694,28  доллара   США   и
   929652,81  французского  франка.  Они  также  потребовали  выплаты
   процентов по сумме,  присужденной в качестве материального ущерба,
   за период от даты нарушения до даты решения Суда.
       В качестве альтернативного решения они потребовали  выплаты  в
   качестве  материального  ущерба  основной  суммы  плюс проценты по
   твердой ставке в 6% за период  с 10 ноября 1978 г. до даты решения
   Суда.  В  день  слушания дела в Суде сумма по процентам составляла
   приблизительно 106898000 драхм,  14790000 долларов  США  и  567000
   французских франков.
       78. Правительство заявило,  что заявители не  имеют  права  на
   какое-либо возмещение в соответствии со статьей 50, потому что они
   могут получить возмещение ущерба,  используя имеющиеся  внутренние
   средства защиты.  Даже если предположить, что применение статьи 12
   Закона N  1701/1987  нарушило  право  заявителей  на  справедливое
   судебное   разбирательство,   оно   никоим   образом   не  оказало
   воздействия  на  их  финансовые  требования.  Отмена  арбитражного
   решения  не мешала им продолжать разбирательства по иску 1978 года
   или предъявить новый иск.
       В любом  случае  арбитражное решение не могло быть достаточным
   основанием для определения размера требуемого  возмещения,  потому
   что   оно  было  неправильно  по  существу.  Начатое  государством
   судебное  разбирательство  по  отмене  арбитражного  решения  явно
   свидетельствовало об этом.
       С другой стороны,  если Суд решит,  что была нарушена статья 1
   Протокола  N  1,  то  этот  вывод  как  таковой сам по себе явится
   достаточно   справедливым   возмещением;   и    ни    при    каких
   обстоятельствах  такое возмещение не должно превышать один миллион
   драхм за моральный вред.
       В заключение  Правительство  оспорило  претензии  заявителей в
   отношении выплаты процентов.  Основывая свои выводы  на  греческом
   законодательстве   и   судебной   практике,  оно  утверждало,  что
   основанием для выплаты процентов не могли служить ни Решение  суда
   N   13910/1987,  ни  арбитражное  решение,  потому  что  они  были
   декларативными по характеру.  Более конкретно,  ссылка на  выплату
   процентов   по   ставке   в   6%  появилась  только  на  основании
   арбитражного решения (см.  п.  13 выше) и была всего  лишь  obiter
   dictum полностью ошибочного характера.  Арбитражный суд не включил
   эту ссылку в постановляющую часть своего решения,  поскольку  имел
   на   это   серьезные  основания.  Подобная  претензия  никогда  не
   предъявлялась в арбитражный суд,  и,  так как дело было передано в
   арбитраж   государством,   третейские   суды   не   могли   отдать
   распоряжение о выплате процентов.
       79. Представитель  Комиссии подчеркнул,  что в соответствии со
   статьей 50 требуется справедливое  возмещение,  а  не  обязательно
   полное.  Он  также  обратил  внимание  на  тот  факт,  что  суммы,
   указанные в арбитражном решении,  не  рассматривались  внутренними
   судами,  и  предложил Суду подвергнуть требуемые суммы тщательному
   изучению.
       80. Суд    заявил,    что   он   предоставляет   "справедливое
   возмещение",  только "если в этом есть  необходимость",  и  он  не
   связан  в этом отношении внутренними нормами (см.  Решение по делу
   "Санди таймс" против Соединенного Королевства от 6 ноября 1980  г.
   Серия A, т. 38, с. 9, п. 15).
       81. Суд отмечает,  что  в  постановляющей  части  арбитражного
   решения  претензии  компании  "Стрэн" к государству были объявлены
   необоснованными в  той  мере,  в  какой  они  превысили  сумму   в
   116273442 драхмы,  16054165  долларов  США  и  614627  французских
   франков.  Принимая во внимание свой вывод в п.  75, Суд решил, что
   заявители имеют право на возмещение этих сумм.
       82. Что касается выплаты суммы по процентам,  то Суд  считает,
   что  арбитражный  суд  не  рассматривал ее в качестве необходимого
   элемента по урегулированию спора (см.  п. 13 выше); поэтому она не
   была  включена в право на возмещение,  признанное в постановляющей
   части Решения.
       Вместе с  тем  возмещение  стало бы менее адекватным,  если бы
   сумма  по  процентам  подлежала  выплате   без   учета   различных
   обстоятельств,  которые  могли  бы  уменьшить ее величину,  таких,
   например,  как то,  что прошло десять лет  с  тех  пор,  как  было
   принято арбитражное решение.
       83. Поэтому   претензию   заявителей   следует   удовлетворить
   частично  и им должны быть присуждены простые проценты по ставке в
   6% по вышеуказанным суммам (см. п. 81 выше) за период с 27 февраля
   1984 г. до даты решения Суда.
   
                     B. Судебные издержки и расходы
   
       84. Заявители  не  потребовали  возмещения  затрат на судебные
   разбирательства в кассационном суде после вступления в силу Закона
   N 1701/1987.
       С другой  стороны,  они  требовали   возмещения   издержек   и
   расходов, понесенных  в органах Конвенции,  в размере 171041 фунта
   стерлингов плюс проценты по  этой  сумме  за  период  между  датой
   решения Суда и фактической оплатой.
       Через неделю после слушания дела,  19 апреля 1994 г., адвокаты
   заявителей представили   Суду  претензию  еще  на  34709,05  фунта
   стерлингов в отношении дополнительных затрат, понесенных за период
   между датой подачи памятной записки и датой слушания дела.
       85. Правительство  подвергло  сомнению,  были   ли   требуемые
   затраты действительно понесены и являются ли они обоснованными.
       Оно заявило, что готово заплатить 2800000 драхм.
       86. Представитель Комиссии не выразил мнения по этому вопросу.
       87. Суд отмечает,  что согласно статье 50  Регламента  Суда  A
   претензии  должны  подаваться  по  крайней  мере  за один месяц до
   намеченного дня разбирательства.  Суд строго применяет это правило
   (см. Решение  по  делу  Вендиттелли  от  18 июля 1994 г.  Серия A,
   т. 293-A, с. 13, п. 42 - 43).
       В настоящем   деле  Суд  не  находит  ни  в  памятной  записке
   заявителей,  ни  в  протоколе  слушания   никаких   дополнительных
   претензий  или  даже  намерения  представить  их  после  слушания.
   Поэтому такая претензия отклоняется как заявленная с опозданием.
       Сделав оценку  на  справедливой  основе  и  учитывая критерии,
   которые  он  применяет  в  этой  области,  Суд  считает   уместным
   уменьшить сумму,  требуемую  заявителями.  Он присуждает им 125000
   фунтов стерлингов без выплаты процентов по этой сумме.
   
                   ПО ЭТИМ ОСНОВАНИЯМ СУД ЕДИНОГЛАСНО
   
       1. Отклонил предварительное возражение Правительства;
       2. Постановил,  что  статья  6  п.  1  Конвенции  применима  в
   настоящем деле;
       3. Постановил,  что  имело  место  нарушение  статьи  6  п.  1
   Конвенции в том,  что  касается  права  на  справедливое  судебное
   разбирательство;
       4. Постановил, что не было нарушения статьи 6 п. 1 Конвенции в
   том, что касается продолжительности разбирательств;
       5. Постановил,   что    имело   место    нарушение   статьи  1
   Протокола N 1;
       6. Постановил,  что  государство  -  ответчик должно выплатить
   заявителям в течение трех месяцев:
       a) за материальный ущерб: 116273442 (сто шестнадцать миллионов
   двести семьдесят три тысячи четыреста сорок две) драхмы,  16054165
   (шестнадцать миллионов  пятьдесят  четыре  тысячи  сто  шестьдесят
   пять) долларов  США и 614627 (шестьсот четырнадцать тысяч шестьсот
   двадцать семь) французских франков плюс простые проценты по ставке
   в 6%  за  период  с  27 февраля 1984 г.  до даты судебного решения
   (см. п. 83 Решения);
       b) за расходы и издержки, понесенные в Страсбурге: 125000 (сто
   двадцать пять тысяч) фунтов стерлингов;
       7. Отклонил   оставшуюся   часть   требования  о  справедливой
   компенсации.
   
       Совершено на английском и французском  языках  и  оглашено  во
   Дворце прав человека в Страсбурге 9 декабря 1994 г.
   
                                                         Председатель
                                                        Рольф РИССДАЛ
   
                                                               Грефье
                                                     Герберт ПЕТЦОЛЬД
   
   
   
   
   
   
                     EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
   
                   CASE OF STRAN GREEK REFINERIES AND
                      STRATIS ANDREADIS v. GREECE
   
                                JUDGMENT
   
                       (Strasbourg, 9.XII.1994)
   
       In the case of Stran Greek Refineries and Stratis Andreadis v.
   Greece <1>,
       The European Court of Human  Rights,  sitting,  in  accordance
   with Article 43 (art.  43) of the Convention for the Protection of
   Human Rights and Fundamental Freedoms ("the Convention")  and  the
   relevant provisions of Rules of Court A <2>, as a Chamber composed
   of the following judges:
       --------------------------------
       Notes by the Registrar
       <1> The case is numbered 22/1993/417/496.  The first number is
   the case's position on the list of cases referred to the Court  in
   the  relevant year (second number).  The last two numbers indicate
   the case's position on the list of cases  referred  to  the  Court
   since   its   creation  and  on  the  list  of  the  corresponding
   originating applications to the Commission.
       <2> Rules  A  apply  to all cases referred to the Court before
   the entry into force of Protocol No. 9 (P9) and thereafter only to
   cases  concerning  States  not  bound by that Protocol (P9).  They
   correspond to the Rules that came into force on 1 January 1983, as
   amended several times subsequently.
   
       Mr R. Ryssdal, President,
       Mr B. Walsh,
       Mr R. Macdonald,
       Mr C. Russo,
       Mr N. Valticos,
       Mr S.K. Martens,
       Mr R. Pekkanen,
       Mr F. Bigi,
       Mr L. Wildhaber,
       and also of Mr H. Petzold, Acting Registrar,
       Having deliberated  in  private on 22 April and on 21 November
   1994,
       Delivers the  following  judgment,  which  was  adopted on the
   last-mentioned date:
   
                               PROCEDURE
   
       1. The  case  was  referred  to  the  Court  by  the  European
   Commission  of  Human  Rights  ("the Commission") on 12 July 1993,
   within the three-month period laid down by Article 32 para.  1 and
   Article 47 (art.  32-1,  art. 47) of the Convention. It originated
   in an application (no.  13427/87) against  the  Hellenic  Republic
   lodged  with the Commission under Article 25 (art.  25) by a Greek
   private limited company,  Stran Greek Refineries, and the latter's
   sole shareholder,  Mr Stratis Andreadis,  on 20 November 1987. The
   second applicant died in 1989 and his  son  and  heir,  Mr  Petros
   Andreadis, expressed the wish to continue with the application.
       The Commission's request referred to Articles 44 and 48  (art.
   44,  art. 48) and to the declaration whereby Greece recognised the
   compulsory jurisdiction of the Court (Article 46) (art.  46).  The
   object  of  the request was to obtain a decision as to whether the
   facts of the case disclosed a breach by the  respondent  State  of
   its  obligations  under  Article 6 (art.  6) of the Convention and
   Article 1 of Protocol No. 1 (P1-1).
       2. In  response to the enquiry made in accordance with Rule 33
   para.  3 (d) of Rules of Court A,  the applicants stated that they
   wished  to  take part in the proceedings and designated the lawyer
   who would represent them (Rule 30).
       3. The  Chamber  to  be  constituted included ex officio Mr N.
   Valticos,  the elected judge of Greek nationality (Article  43  of
   the Convention) (art. 43), and Mr R. Ryssdal, the President of the
   Court (Rule 21 para. 3 (b)). On 25 August 1993, in the presence of
   the  Registrar,  the  President drew by lot the names of the other
   seven members,  namely Mr B.  Walsh, Mr R. Macdonald, Mr C. Russo,
   Mr S.K.  Martens,  Mr R.  Pekkanen, Mr F. Bigi and Mr L. Wildhaber
   (Article 43 in fine of the Convention and Rule 21 para.  4)  (art.
   43).
       4. As President of the Chamber (Rule 21 para.  5), Mr Ryssdal,
   acting  through  the  Registrar,  consulted the Agent of the Greek
   Government ("the Government"),  the  applicants'  lawyer  and  the
   Delegate  of the Commission on the organisation of the proceedings
   (Rules 37  para.  1  and  38).  Pursuant  to  the  order  made  in
   consequence,  the  Registrar received the Government's memorial on
   13 January  1994  and  the applicants' memorial on 19 January.  On
   21 February the Secretary to the Commission informed the Registrar
   that the Delegate would submit his observations at the hearing.
       5. In  accordance  with the President's decision,  the hearing
   took place in public in the Human Rights Building,  Strasbourg, on
   19   April   1994.  The  Court  had  held  a  preparatory  meeting
   beforehand.
       There appeared before the Court:
       (a) for the Government
       Mr P.  Georgakopoulos, Senior Adviser, Legal Council of State,
   Delegate of the Agent,
       Mrs  K.  Grigoriou,  Legal Assistant,  Legal Council of State,
   Counsel;
       (b) for the Commission
       Mr C.L. Rozakis, Delegate;
       (c) for the applicant
       Mr M. Beloff, QC, Counsel,
       Mr P. Martyr, solicitor,
       Mrs T. Foster, solicitor,
       Mr  K.D.  Kerameus,  Professor  of  Law  at Athens University,
   Advisers.
       The Court heard addresses by Mr Georgakopoulos, Mr Rozakis and
   Mr Beloff, and also their replies to its questions.
   
                            AS TO THE FACTS
   
                      I. Circumstances of the case
   
       6. Stran Greek Refineries ("Stran") is a company currently  in
   liquidation.  Its  registered  address is in Athens and Mr Stratis
   Andreadis was its sole shareholder.
   
                       A. Background to the case
   
       7. Under the terms of a contract concluded  on  22  July  1972
   with the Greek State, which at the time was governed by a military
   junta, Mr Andreadis undertook to construct a crude oil refinery in
   the Megara region,  near Athens.  The refinery was to be built, at
   an estimated cost of 76,000,000 US dollars,  by a company which it
   was proposed to form,  Stran Greek Refineries, of which the second
   applicant was to be the sole owner.  All the latter's  rights  and
   obligations  were  to  be automatically transferred to the company
   upon its incorporation.
       The Government ratified the contract by Legislative Decree no.
   1211/1972,  published in the Official Gazette  of  26  July  1972.
   Under Article 21 of the contract, the State undertook to purchase,
   not later than 31 December 1972, a plot of land in Megara suitable
   for the construction of the refinery.  On 27 July 1972, by a Royal
   Decree (no.  450),  issued  pursuant  to  Legislative  Decree  no.
   2687/1953  on "the Investment and Protection of Capital Funds from
   Abroad", the State authorised Mr Andreadis to import 58 million US
   dollars to finance the scheme.
       8. However,  the project stagnated because the State failed to
   fulfil  its  obligation.  On  28  November  1973  the Ministers of
   Industry and Agriculture announced at a press conference in Megara
   the  Government's  decision  to return to the proprietors the land
   which had already been expropriated in accordance with Article  21
   of the contract.  The following day the Megara police ordered that
   the work should cease.
       In December  1973  Stran protested to the relevant authorities
   and sought permission to proceed with the  work.  On  27  February
   1974  it  even issued an extra-judicial summons inviting the State
   to ratify the purchase of the land  in  question,  but  the  State
   refused to revoke the police order prohibiting the continuation of
   the work.
       9. Once  democracy had been restored,  the Government took the
   view that the contract and Decree no.  450 were prejudicial to the
   national  economy;  they  relied  on Article 2 para.  5 of Law no.
   141/1975 on the termination of preferential contracts (kharistikes
   symvasseis)  concluded  under the military regime (1967-74).  This
   Law,  which was enacted by special authorisation  under  the  1975
   Constitution  (Article  107  - see paragraph 24 below),  possessed
   superior force.
       The applicants did not respond to a proposal addressed to them
   by the Minister for Co-ordination on  19  November  1975  inviting
   them  to enter negotiations for the revision or termination of the
   contract.  Accordingly,  a ministerial committee  on  the  economy
   terminated the contract on 14 October 1977. The applicants did not
   challenge this decision in the courts.
   
                 B. The proceedings in the Athens Court
                           of First Instance
   
       10. Prior  to  the  termination  of  the  contract,  Stran had
   incurred expenditure in connection with the scheme. In particular,
   it  had  concluded  contracts for the supply of goods and services
   with foreign and Greek undertakings and had taken out loans.
       A dispute  then  arose  between  Stran  and  the   State.   On
   10 November  1978 Stran brought an action (anagnoristiki agogi) in
   the Athens Court of First Instance  for  a  declaration  that  the
   State  should  pay  it  compensation in the amounts of 251,113,978
   drachmas,  22,799,782 US dollars and  877,466  French  francs.  It
   argued that the State had been in breach of its obligations during
   the period of validity of the contract, in particular in so far as
   it  had,  since  27 November 1973,  prohibited the continuation of
   work on the construction of the refinery at Megara  and  had  not,
   since  9  February  1974,  taken any steps to expropriate the land
   required for that construction.  It also sought the  return  of  a
   cheque  for  240  million  drachmas  which  it had lodged with the
   Ministry of the  National  Economy  as  security  for  the  proper
   performance  of the contract;  it further claimed reimbursement of
   the commission and the fiscal stamp fee  paid  to  the  Commercial
   Bank of Greece.
       The State  challenged  the  jurisdiction  of  the  court.   It
   contended  that  the  dispute should be referred to arbitration in
   accordance  with  Article  27  of  the  contract,   the   relevant
   paragraphs of which were worded as follows:
       "1. Any difference,  dispute or disagreement  arising  between
   the  State  and  the  Concessionaire as to the application of this
   Agreement and relative to the  interpretation  of  the  terms  and
   conditions  thereof  and  the extent of the rights and obligations
   deriving therefrom shall be resolved exclusively by arbitration by
   three  arbitrators according to the following procedure,  no other
   arbitration agreement being required.
       ...
       9. The  arbitration  award  shall  be  definite,   final   and
   irrevocable,   and  shall  constitute  an  enforceable  instrument
   requiring  no  further  action  for  enforcement  or   any   other
   formality.  It  shall  be  liable  to no ordinary or extraordinary
   judicial remedies,  nor shall it be  subject  to  cancellation  or
   suspension before ordinary courts of justice. The party failing to
   comply with the provisions  of  the  arbitration  award  shall  be
   obligated  to  make  good  any  and all damage (damnum emergens or
   lucrum cessans) caused to the other party."
       11. In a preliminary decision (no. 13910/1979) of 29 September
   1979, the Athens Court of First Instance rejected the State's main
   submission.  It  held that the arbitration clause concerned solely
   the settlement of disputes arising from  the  performance  of  the
   contract  and not the failure of one of the parties to perform the
   contract.  It found further that the ministerial committee on  the
   economy  had terminated the contract in issue in its entirety (see
   paragraph  9  above)  which  had  the  effect  of  rendering   the
   arbitration clause void as it was not an autonomous provision.  In
   addition, the court dismissed the State's argument that two of the
   conditions  subsequent  contained  in  the  contract,  namely  the
   lodging of a cheque as security and the payment of the second part
   of the minimum capital, had not been satisfied. Finally, the court
   ordered additional investigative measures,  including the  hearing
   of five witnesses,  in order to determine the existence and extent
   of the damage alleged by Stran.
   
                     C. The arbitration proceedings
   
       12. On 12 June 1980 the State filed  an  arbitration  petition
   and appointed an arbitrator. It requested the arbitration court to
   declare that all the claims for  compensation  against  the  Greek
   State  lodged  by Stran in the Athens Court of First Instance (see
   paragraph 10 above) were unfounded.
       In its  memorial of 28 June 1980 Stran - which had appointed a
   professor of law at Athens University as arbitrator  -  maintained
   primarily  that  the  arbitration  court  lacked  jurisdiction and
   requested that the arbitration be  stayed  until  the  proceedings
   instituted  on  10  November  1978  had  been  concluded;  in  the
   alternative and in order to rebut the  State's  arguments  on  the
   merits, it referred the arbitrators to its pleadings in the Athens
   Court of First Instance.
       13. The arbitration court was constituted on 3 July 1980;  its
   president was chosen jointly by the two other arbitrators (Article
   27  para.  3  of  the contract).  It made its award on 27 February
   1984.
       It found  that it had jurisdiction in that,  in its view,  the
   disputes arising from the total failure to  perform  the  contract
   were  also  subject  to  arbitration,  which was not restricted to
   those deriving from non-performance of individual clauses  as  had
   been argued by the State. The wording of the arbitration clause in
   Article 27 (see paragraph 10 above) was sufficiently  general  and
   clear to rule out such distinctions.
       On the merits,  the arbitration court relied on  the  evidence
   adduced  by  the parties before the Athens Court of First Instance
   on 10 November 1978  (see  paragraph  10  above).  It  found  that
   responsibility  for the losses sustained by Stran was shared - 70%
   for the State and 30%  for the company.  The latter had  commenced
   work   on   land  which  had  been  the  subject  of  a  contested
   expropriation order and  without  first  obtaining  the  necessary
   planning  permission.  It  therefore  held  Stran's  claims  to be
   well-founded in an  amount  not  exceeding  116,273,442  drachmas,
   16,054,165 US dollars and 614,627 French francs,  plus interest at
   6%  from 10 November 1978; however, this reference to interest did
   not  appear  in the operative part of the decision.  Finally,  the
   court declared that the State was unlawfully retaining the  cheque
   lodged as security (see paragraph 10 above).
       14. On 24 July 1984 the applicant company sought an order from
   the  Athens  Court of First Instance requiring the State to return
   the security,  but the court stayed the  proceedings  pending  the
   conclusion  of those instituted on 10 November 1978 (see paragraph
   10 above).
   
              D. The appeals against the arbitration award
                          of 27 February 1984
   
                1. In the Athens Court of First Instance
   
       15. On  2  May  1984  the  State had asked the Athens Court of
   First Instance to set aside the arbitration award of  27  February
   1984.
       It argued that the arbitration court had  lacked  jurisdiction
   to  hear  disputes  arising from the contract in issue and Stran's
   financial  claims  against  the  State.  In  the  alternative,  it
   affirmed  that  the  contracting parties had intended to limit the
   jurisdiction of the arbitration court to disputes  concerning  the
   performance  and interpretation of the clauses of the contract and
   the scope  of  the  rights  and  duties  deriving  therefrom;  its
   jurisdiction  could  not  therefore extend to disputes relating to
   the total failure to perform the contract.  It followed  that  the
   dispute in question was a matter for the ordinary civil courts, as
   the Athens Court of First Instance had recognised in its  judgment
   no.  13910/1979. In the further alternative, the State argued that
   the arbitration court's lack of jurisdiction was confirmed by  the
   fact  that  Stran's  claims  against  it had become statute-barred
   following the termination of the contract.  Finally,  it  stressed
   the declaratory   nature   of  the  action  brought  by  Stran  on
   10 November 1978 (see paragraph 10 above).
       16. In a judgment (no.  5526/1985) of 21 April 1985 the Athens
   court dismissed the State's application, holding that the decision
   terminating  the  contract had not rendered the arbitration clause
   void.  That clause continued to produce its effects in relation to
   disputes  which  had  arisen  during the period of validity of the
   contract.
       17. On  19  December  1986  the applicant company withdrew its
   first action in the Athens Court of First Instance (see  paragraph
   9  above),  but  sought to pursue its action for the return of the
   cheque lodged as security (see paragraph 14 above).
       When this  action  was  heard  in  the  Athens  Court of First
   Instance, on 6 February 1987, the State, relying on Article 294 of
   the  Code  of  Civil Procedure,  opposed the discontinuance of the
   first action.  It maintained that the  latter  action  would  have
   resulted  in  a  finding  unfavourable to Stran and that the State
   thus had a legitimate interest in seeking a final decision.
       However, the  court again stayed the proceedings (decision no.
   2877/1987) on account of the appeal on points  of  law  which  was
   pending (see paragraph 19 below).
   
                    2. In the Athens Court of Appeal
   
       18. In  a  judgment  (no.  9336/1986) of 4 November 1986,  the
   Athens Court of Appeal,  basing its decision on the same  grounds,
   upheld the judgment of 21 April 1985.
       It ruled, inter alia:
       "In modern  Greek legislation the principle of the autonomy of
   an arbitration clause in relation to the  contract  prevails.  The
   termination of the contract,  for whatever reason,  does not bring
   an end to the power of the arbitrators designated to hear disputes
   which  have  arisen  during the period of validity of the contract
   ...  The decision of the ministerial committee on the economy  did
   not  annul  the  arbitration clause contained in Article 27 of the
   contract and,  accordingly,  it does not preclude the  arbitrators
   from examining the merits of the dispute."
   
                      3. In the Court of Cassation
   
       19. On  15  December  1986  the State appealed to the Court of
   Cassation.
       The hearing was initially set down for 4 May 1987, but on that
   date it was postponed to 1 June 1987 at the  State's  request,  on
   the  ground  that  a draft law concerning the case in question was
   before Parliament.
       In reply  to  a  question  put  by  the  European Court at the
   hearing on 19 April 1994,  the applicants' lawyer maintained  that
   the  Court  of  Cassation's judge-rapporteur had sent his opinion,
   which had been favourable to the  applicants'  arguments,  to  the
   parties  before 4 May and this affirmation was not disputed by the
   Government.
       20. On  22  May  1987 Parliament enacted Law no.  1701/1987 on
   "the compulsory participation of the State in private undertakings
   ...  and the redemption of shares",  which entered into force upon
   its publication in the Official Gazette of 25 May 1987.  This  Law
   dealt  principally  with the renegotiation of a concession for the
   prospecting for and extraction of oil and natural gas in  an  area
   of the Sea of Thrace. However, Article 12 of the Law was worded as
   follows:
       "1. The true and lawful meaning of the provisions of Article 2
   para.  1  of  Law  no.  141/1975  concerning  the  termination  of
   contracts  entered  into between 21 April 1967 and 24 July 1974 is
   that,  upon the termination of these contracts,  all their  terms,
   conditions and clauses, including the arbitration clause, are ipso
   jure  repealed  and  the  arbitration  tribunal  no   longer   has
   jurisdiction.
       2. Arbitration awards covered by paragraph 1 shall  no  longer
   be valid or enforceable.
       3. Any principal or ancillary claims against the Greek  State,
   expressed either in foreign or local currency,  which arise out of
   the contracts entered into between 21 April 1967 and 24 July 1974,
   ratified by statute and terminated by virtue of Law no.  141/1975,
   are now proclaimed time-barred.
       4. Any court proceedings at whatever level pending at the time
   of the enactment of this statute,  in respect of claims within the
   meaning of the preceding paragraph, are declared void."
       21. On  10  July  1987,  after  hearing  the  opinion  of  the
   judge-rapporteur calling for the appeal to be dismissed, the First
   Division of the Court of Cassation  delivered  its  judgment  (no.
   1387/1987).  It  held  that Article 12 was unconstitutional on the
   following grounds:
       "...
       Not only  does  [Article  107]  of  the  Constitution   confer
   superior  force  on  Law  no.  141/1975,  but  it  also  prohibits
   subsequent amendments or additions thereto,  or even authoritative
   interpretation thereof,  in the form of ordinary legislation.  The
   purpose of that  superior  force  and  of  the  provision  in  the
   Constitution  requiring  that a single law be enacted once and for
   all  within  three  months  of  the  entry  into  force   of   the
   Constitution was to ensure legislative stability and international
   confidence for investments in Greece. This opinion is based on the
   only  possible  meaning to be attributed to the expression "single
   law to be enacted once and for all" and on the ease with which the
   said  provision  would  be  flouted  if  amendments,  additions or
   authoritative interpretation of that law were allowed ...
       It follows  that  ...  the provisions of Article 12 of Law no.
   1701/1987 which purport to provide an authoritative interpretation
   of  and  to  amend  and  supplement  Article 2 para.  1 of Law no.
   141/1975 and which were enacted after the expiry of the time-limit
   laid down in Article 107 para.  2 of the Constitution are contrary
   to that instrument.  In accordance with Article 93 para.  4 of the
   Constitution  the court is therefore precluded from applying them.
   The Division refuses to  apply  unconstitutional  provisions  and,
   pursuant  to  Article 563 para.  2 of the Code of Civil Procedure,
   holds that it is bound to refer the case to the Court of Cassation
   sitting in plenary session ..."
       22. The hearing in the Court of Cassation sitting  in  plenary
   session  opened on 19 November 1987,  but as a result of the death
   of one of its members Stran sought a new hearing,  which was  held
   on 25 February 1988.
       The Court of Cassation delivered its judgment (no.  4/1989) on
   16 March 1989. It observed, inter alia:
       "... [The Constitution]  provides  for  the  enactment  of  "a
   single  law  to  be  enacted once and for all" which by definition
   possesses  superior  force  inasmuch  as   it   may   be   neither
   supplemented nor amended by ordinary legislation ...  However, the
   prohibition on supplementing or modifying the  content  of  [such]
   laws  does  not mean that they may never be interpreted.  The fact
   that they are  sui  generis,  which  gives  them  precedence  over
   ordinary legislation,  ...  does not preclude their interpretation
   where  the  circumstances  so  require.  The   purpose   of   such
   interpretation   is   not  to  amend  the  substance  of  the  law
   interpreted,  but to clarify its original meaning and  to  resolve
   disputes  that  have  arisen in connection with its application or
   which may do so in the future.  [The need for such interpretation]
   will  ultimately  be  determined  by  the court which will have to
   ascertain whether the meaning of the law interpreted actually gave
   rise  to doubts justifying the intervention of the legislature ...
   Accordingly,  the  interpretation  of  Law  no.  141/1975  is  not
   contrary  to  the  Constitution  merely  because  it  is  a law of
   superior rank.  It must nevertheless be  determined,  on  the  one
   hand,  whether  the  interpretation  was necessary in the specific
   case and,  on the other, whether the non-interpretative provisions
   of  this Law,  which have a bearing on the solution of the case in
   issue,  are contrary to  the  Constitution  ...  The  wording  [of
   Article 2 para.  5 of Law no.  141/1975] lacks clarity and creates
   doubt  as  to  whether  the  arbitration   clause   survives   the
   termination of the contract ...  and as to the jurisdiction of the
   arbitration court.  In the instant case doubt first arose  in  the
   course  of  the  proceedings  brought  by  [the applicants] in the
   ordinary  civil  court  and  again  -  following  the  preliminary
   decision  of  the  Athens  Court  of  First  Instance - when those
   proceedings  had  been  discontinued  and  recourse  was  had   to
   arbitration,   where  diametrically  opposed  arguments  were  put
   forward ...  Irrespective of those doubts,  the main issue is  the
   acceptance  or  rejection  of  the  principle  of  the  autonomous
   character of the arbitration clause and of its scope.  For a  long
   time  this  matter has been the subject of significant differences
   of opinion in international case-law and among legal  writers.  In
   some  countries  the  principle  of  the survival of the clause to
   resolve disputes arising prior to the termination of contracts ...
   prevails. In other countries the dominant view is that termination
   of the contract entails the annulment of the clause and  therefore
   the referral of all the disputes to the ordinary courts.  In other
   countries  again,  the  accepted  view  is  that  the   autonomous
   character  of  the  arbitration clause operates only in respect of
   certain types of dispute. It was therefore necessary to provide an
   interpretation   of  Law  no.  141/1975  and  that  interpretation
   resolved the problem for the purposes of Greek law by  opting  for
   the  annulment  of  arbitration  clauses  ...  and  the removal of
   jurisdiction  from  the  arbitration  court.  The  fact  that  the
   intervention of the legislature occurred ...  five days before the
   hearing in the First  Division  of  this  Court  and  following  a
   previous  adjournment  does not mean that it was not necessary and
   does not render it contrary to Article  26  paras.  1  and  3  and
   Articles  77  and 87 of the Constitution.  The dispute in question
   provided the opportunity to resolve a problem  which  had  already
   arisen.  Consequently, it cannot be concluded that, in giving such
   an interpretation in this case,  the legislature  interfered  with
   the   jurisdiction   of  the  ordinary  courts  and  usurped  that
   jurisdiction.  It follows that,  contrary to the  finding  of  the
   First Division,  Article 12 para. 1 of Law no. 1701/1987 is not in
   breach of the Constitution ..."
       The Court  of  Cassation  took  the  view  that paragraph 2 of
   Article 12 was not unconstitutional as it essentially supplemented
   paragraph 1 and sought to deprive of effect any arbitration awards
   that were made after the termination of contracts and  that  would
   not  have  been  made if the meaning of Law no.  141/1975 had been
   clarified in time.  In addition,  the court refused to examine the
   constitutionality  of paragraph 3,  finding that it had no bearing
   on the case before it.  Finally,  it held  that  the  adoption  of
   paragraph  4  shortly  before the hearing purported to remove from
   the courts the possibility of  determining  the  validity  of  the
   contested  award.  That provision therefore violated the principle
   of the separation of powers.
       23. The  Court  of  Cassation  remitted  the case to the First
   Division which,  on 11 April 1990,  quashed the Court of  Appeal's
   judgment  of 4 November 1986 (see paragraph 18 above) and declared
   void the arbitration award of 27 February 1984 (see  paragraph  13
   above).
   
                       II. Relevant domestic law
   
                          A. The Constitution
   
       24. The  following  provisions  of  the  1975 Constitution are
   relevant here:
   
                               Article 77
   
       "1. The authentic interpretation of the laws shall  rest  with
   the legislative power.
       2. A law which is not truly interpretative  shall  enter  into
   force only as of its publication."
   
                           Article 93 para. 4
   
       "The courts shall be bound not to apply laws,  the contents of
   which are contrary to the Constitution."
   
                              Article 107
   
       "1. Legislation of higher formal rank enacted before 21  April
   1967  pertaining  to  the  protection  of  foreign  capital  shall
   continue to possess such rank and shall be applicable  to  capital
   imported henceforth.
       2. A single law to be enacted once and for  all  within  three
   months  of  the  date of the entry into force of this Constitution
   shall specify the terms and the procedure for the  termination  or
   revision  of  preferential  administrative  agreements or measures
   concluded or promulgated between 21 April 1967 and  23  July  1974
   pursuant  to Legislative Decree no.  2687/1953,  in so far as such
   agreements or measures concern the investment of  foreign  capital
   ..."
       According to legal writers,  the reference in Article  107  of
   the  Constitution  to  Legislative  Decree  no.  2687/1953 - which
   provides,  inter alia,  that arbitration is to constitute the sole
   means  of  resolving  disputes  concerning  foreign  investment  -
   confers constitutional status on such arbitration (Introduction to
   Greek   Law,   edited   by   K.D.   Kerameus   and  P.J.  Kozyris,
   Deventer/Athens, Kluwer/Sakkoulas, 1988, p. 263).
   
                     B. The Code of Civil Procedure
   
       25. The Code of  Civil  Procedure  provides,  inter  alia,  as
   follows:
   
                              Article 294
   
       "The plaintiff  may withdraw the action without the consent of
   the defendant before the latter has filed pleadings on the  merits
   of  the  case.  He  may  not  so  withdraw at a later stage if the
   defendant objects to the withdrawal on the ground that  he  has  a
   legitimate  interest in the proceedings being concluded by a final
   decision."
   
                          Article 295 para. 1
   
       "The effect of the withdrawal of the action is that  it  shall
   be deemed never to have been brought ..."
       The VIIth section of the Code  of  Civil  Procedure  (Articles
   867 - 903) deals with arbitration.  The relevant provisions are as
   follows:
   
                          Article 893 para. 2
   
       "The arbitrator ...  shall, unless stipulated otherwise in the
   arbitration  clause,  file  the  original of the arbitration award
   with the registry of the Court  of  First  Instance  within  whose
   jurisdiction the decision was given ..."
   
                              Article 895
   
       "1. The  ordinary  remedies  do  not  lie  against arbitration
   awards.
       2. The arbitration agreement may specify an appeal against the
   arbitration award before different arbitrators ..., but it must at
   the  same  time  define  the  conditions,  the  time-limit and the
   procedure to be followed for the exercise of such a remedy and for
   the decision thereon."
   
                              Article 896
   
       "If the  arbitration  agreement  does  not  specify the appeal
   provided for in Article 895 para.  2  or  if  the  time-limit  for
   filing  such  an  appeal has expired,  the arbitration award shall
   become final ..."
   
                              Article 897
   
       "The arbitration award may be annulled,  in whole or in  part,
   only by judicial decision and on the following grounds:
       (1) where the arbitration agreement is void;
       (2) where  it  was  made  after  the arbitration agreement had
   ceased to be valid;
       (3) where  the  arbitrators  were  designated in breach of the
   terms of the arbitration agreement or of the statutory  provisions
   ...;
       (4) where the arbitrators exceeded the  powers  attributed  to
   them under the arbitration agreement or by statute;
       (5) where the provisions of Articles 886 para.  2, 891 and 892
   have been infringed;
       (6) where it is contrary to public policy and morality;
       (7) where   it   is  incomprehensible  or  where  it  contains
   contradictory provisions;
       ..."
   
                              Article 904
   
       "1. Enforcement   may   be  effected  solely  pursuant  to  an
   enforceable decision.
       2. The following decisions shall be enforceable:
       ...
       (b) arbitration awards;
       ..."
   
                              Article 918
   
       "1. Enforcement may be effected solely on  the  basis  of  the
   copy  of  the  enforceable  decision  bearing the stamp conferring
   authority to execute ...
       2. Endorsement  with the stamp conferring authority to execute
   shall be effected:
       ...
       (d) in respect of arbitration awards by the judge of the First
   Instance Court ...;
       ..."
   
              C. Law no. 141/1975 "on ... the revision or
             revocation of agreements ... concluded during
                        the dictatorship period"
   
       26. Law no.  141/1975,  which was enacted pursuant to  Article
   107  para.  2  of the Constitution,  made possible the revision or
   revocation of any administrative measure of  ratification,  issued
   between 21 April 1967 and 23 July 1974, and any contract concluded
   by the State during that period with a legal or a  natural  person
   and  concerning the investments governed by Legislative Decree no.
   2687/1953.  Such measures or  contracts  were  to  be  revised  or
   terminated  where  they were incompatible with the Constitution or
   other laws  or  contrary  to  morality,  and  prejudicial  to  the
   interests of the State, consumers and the national economy.
       The contracts were to be terminated where it proved impossible
   to revise them in their entirety. Termination could be effected at
   the written request of the person concerned or unilaterally by the
   ministerial committee on the economy.
       Article 2 para.  5 of the Law described  the  consequences  of
   termination in the following terms:
       "Following the termination  of  a  contract  ...  the  special
   privileges  and  agreements  shall  cease  to  have effect and the
   undertaking or investment shall be subject to  the  ordinary  laws
   governing ordinary undertakings and investments ..."
   
                   PROCEEDINGS BEFORE THE COMMISSION
   
       27. Stran Greek Refineries and Mr Stratis Andreadis applied to
   the Commission on 20 November 1987. They maintained that there had
   been  a breach of Article 6 para.  1 (art.  6-1) of the Convention
   inasmuch as they had not had a  fair  trial  within  a  reasonable
   time.  They claimed further that as a result of the length and the
   dilatory nature of  the  proceedings  and  of  the  provisions  of
   Article 12 of Law no. 1701/1987 their right of property guaranteed
   under Article 1 of Protocol No. 1 (P1-1) had been infringed.
       28. The  Commission  declared  the application (no.  13427/87)
   admissible on 4 July 1991.  In its report of 12 May 1993  (Article
   31) (art. 31), it expressed the following opinion:
       (a) that there had been a violation of Article 6 para. 1 (art.
   6-1)  of  the  Convention  as  regards  the  right to a fair trial
   (unanimously),  but not as regards the length of  the  proceedings
   (twelve votes to two);
       (b) that there had been a violation of Article 1  of  Protocol
   No. 1 (P1-1) (unanimously).
       The full text of the  Commission's  opinion  and  of  the  two
   separate  opinions  contained  in  the  report is reproduced as an
   annex to this judgment <3>.
       --------------------------------
       <3> Note by the Registrar.  For practical reasons  this  annex
   will  appear only with the printed version of the judgment (volume
   301-B of Series A of the Publications of the Court), but a copy of
   the Commission's report is obtainable from the registry.
   
                     FINAL SUBMISSIONS TO THE COURT
   
       29. In their memorial the Government asked the Court:
       "[to declare] the application by Stran  Greek  Refineries  ...
   inadmissible,  on  the  one hand,  and [in addition that there had
   been] no violation of the rights of the applicants as protected by
   Article 6 para.  1 (art.  6-1) of the Convention ... and Article 1
   of the First Protocol (P1-1)".
       30. The applicants requested the Court to hold:
       "(1) that there has been a violation  of  Article  6  para.  1
   (art. 6-1) as regards the applicants' right to a fair hearing by a
   tribunal;
       (2) that there has been a violation of Article 6 para. 1 (art.
   6-1) as regards observance of the reasonable time requirement;
       (3) that  there  has  been  and  continues  to  be a breach of
   Article 1 of Protocol No. 1 (P1-1);
       (4) that the respondent State is to pay the applicants ... the
   amount claimed as just satisfaction".
   
                             AS TO THE LAW
   
               I. The government's preliminary objection
   
       31. The Government maintained that the applicants  had  failed
   to  exhaust  domestic  remedies.  If  the  Athens  Court  of First
   Instance were to dismiss the application to withdraw filed by  the
   applicants  on  19  December  1986  (see paragraph 17 above),  the
   examination of the action that they had  brought  on  10  November
   1978  would  proceed and they would then be in a position to plead
   the incompatibility with the Constitution and  the  Convention  of
   Article 12 para.  3 of Law no. 1701/1987, the constitutionality of
   which had not been determined by the plenary  Court  of  Cassation
   (see  paragraph  22 above).  If,  on the other hand,  the Court of
   First Instance allowed that  application,  there  was  nothing  to
   prevent  the  applicants  from  bringing a new action based on the
   same complaints;  domestic law,  in particular Articles 4,  5,  20
   para.  2,  28  and  93  para.  4 of the Constitution afforded them
   sufficient legal protection.
       32. The   Court   reiterates   that  it  takes  cognisance  of
   preliminary objections in so far as  the  State  in  question  has
   already  raised  them,  at  least in substance and with sufficient
   clarity,  before the Commission,  in principle at the stage of the
   initial examination of admissibility.
       33. Before   the   Commission,   the   Government    contended
   essentially   that   the   applicants  ought  to  have  instituted
   administrative proceedings in 1977 against  the  decision  of  the
   ministerial   committee   on   the  economy  of  14  October  1977
   terminating the contract.  The Commission dismissed this objection
   on  the  ground  that  the  Government  had  not  shown  that such
   proceedings would have afforded redress in any way whatsoever  for
   the entry into force of Law no.  1701/1987, its application to the
   applicants or  for  the  length  of  the  proceedings  before  the
   national courts.
       34. In their memorial to the Court, the Government referred to
   the  following extract from their additional observations of 6 May
   1991 on the  admissibility  of  the  application:  the  applicants
   "chose  to pursue their claims under a procedure ...  which is not
   provided for in the Greek legal system -  arbitration  -  and  the
   application  is  accordingly inadmissible because they have failed
   to exhaust the statutory remedies available to them  in  cases  of
   this nature".
       35. Such an assertion cannot suffice,  in the Court's view, to
   sustain  the  objection  raised by the Government at this stage of
   the proceedings.  When a State relies on the exhaustion  rule,  it
   must  indicate  with  sufficient clarity the effective remedies to
   which the applicants have not had recourse; in this area it is not
   for  the  Convention  bodies  to  cure  of  their  own  motion any
   shortcomings or lack of precision in respondent States'  arguments
   (see, among many other authorities,  the {Barbera}, {Messegue} and
   Jabardo v. Spain judgment of 6 December 1988, Series A no. 146, p.
   27, para. 56).
       Moreover, the Court notes that  it  was  the  Government  that
   initially  contested  the  jurisdiction of the ordinary courts and
   opted for arbitration as a means of  resolving  the  dispute  (see
   paragraphs 10 and 12 above).
       36. There is therefore estoppel in respect of the  preliminary
   objection.
   
              II. Alleged violations of article 6 para. 1
                      (art. 6-1) of the Convention
   
       37. The applicants alleged two violations of Article 6 para. 1
   (art. 6-1) of the Convention, which provides as follows:
       "In the determination of his civil rights and obligations ...,
   everyone  is  entitled  to a fair ...  hearing within a reasonable
   time by [a] ... tribunal ..."
       In the  first  place  the  adoption  of  Article 12 of Law no.
   1701/1987 and its application  in  their  case  by  the  Court  of
   Cassation  had,  they  maintained,  deprived them of a fair trial.
   Secondly,  the length of the proceedings to determine the validity
   of  the  arbitration  award  of  27  February  1984 had exceeded a
   "reasonable time".
   
                 A. Applicability of Article 6 para. 1
                               (art. 6-1)
   
       38. At  the hearing the Government denied that Article 6 (art.
   6) was applicable in the  instant  case.  In  their  opinion,  the
   subject of the "contestation" (dispute) before the national courts
   had been the validity of the arbitration clause  and  consequently
   that  of  the  arbitration  award  itself.  It  had  not therefore
   concerned a "civil right" within the meaning of  Article  6  (art.
   6).  The clause in question had been a privilege accorded within a
   very specific legislative context and had dealt  exclusively  with
   the  contractual  relations  between  the  military regime and the
   applicants.
       In order  for such relations to produce legal effects they had
   to be ratified by an ad hoc law,  in this case Legislative  Decree
   no.  1211/1972  (see  paragraph  7  above).  In addition,  all the
   legislation on foreign investments  in  Greece  (see  paragraph  7
   above)   pursued  a  public  interest  aim,  namely  the  economic
   development of the country.
       39. According  to the Court's case-law,  the concept of "civil
   rights and  obligations"  is  not  to  be  interpreted  solely  by
   reference to the respondent State's domestic law.  Article 6 para.
   1 (art. 6-1) applies irrespective of the status of the parties, of
   the  nature  of  the legislation which governs the manner in which
   the dispute is to be  determined  and  of  the  character  of  the
   authority which has jurisdiction in the matter;  it is enough that
   the outcome of the proceedings  should  be  decisive  for  private
   rights  and  obligations (see,  among many other authorities,  the
   Allan Jacobsson v.  Sweden judgment of 25 October 1989,  Series  A
   no. 163, p. 20, para. 72).
       40. The Court observes that following the termination  of  the
   contract   concluded   between  them  and  the  Greek  State,  the
   applicants brought an action in the Athens Court of First Instance
   for  a declaration that the State should reimburse them in respect
   of the expenditure which they had incurred up  to  that  point  in
   connection  with the performance of the contract (see paragraph 10
   above).  Their claim,  which was essentially one for damages,  was
   based  mainly on the allegation that the State had already been in
   breach  of  its  obligations  under  the   contract   before   its
   termination.  Their  claim  in  the  arbitration proceedings had a
   similar basis.  The  arbitration  court  allowed  the  applicants'
   claims  in  part  (see paragraph 13 above) by a decision which was
   final,  irrevocable and enforceable both under the  terms  of  the
   contract  itself  (Article  27  para.  9  of  the  contract  - see
   paragraph 10 above) and by virtue of Greek law (Article 904 of the
   Code of Civil Procedure - see paragraph 25 above).
       The Court  notes  that  the  applicants'   right   under   the
   arbitration  award  was  "pecuniary" in nature,  as had been their
   claim for damages allowed by the arbitration court. Their right to
   recover  the sums awarded by the arbitration court was therefore a
   "civil right" within the meaning of Article 6 (art.  6),  whatever
   the   nature,  under  Greek  law,  of  the  contract  between  the
   applicants  and  the  Greek  State  (see,  mutatis  mutandis,  the
   {Editions Periscope} v. France judgment of 26 March 1992, Series A
   no.  234-B,  p.  66, para. 40). It follows that the outcome of the
   proceedings  brought  in  the ordinary courts by the State to have
   the arbitration award set aside was decisive for a "civil right".
       41. Article 6 para. 1 (art. 6-1) is accordingly applicable.
   
            B. Compliance with Article 6 para. 1 (art. 6-1)
   
                             1. Fair trial
   
       42. The  applicants  claimed  that they had been deprived of a
   fair trial and even of their right of  access  to  a  court.  They
   relied in particular on the Golder v.  the United Kingdom judgment
   of 21 February 1975 (Series A no. 18).
       By enacting  and applying in respect of the applicants Article
   12 of  Law  no.  1701/1987,  the  State  had  effectively  removed
   jurisdiction from the courts called upon to determine the validity
   of  the  arbitration  award  and  prevented  any  proper  judicial
   investigation of the subject of the dispute.  Such an interference
   was,  in the words of the Golder judgment,  "indissociable from  a
   danger of arbitrary power" and repugnant to the general principles
   of international law and the notion of the rule of law inherent in
   the  Convention.  The State had determined by legislative action a
   case in which  it  was  a  party.  "Legislative  legerdemain"  had
   resulted  in  wholesale  inequality  of arms in the proceedings in
   issue.
       43. The Government contested this view. Parliament, the source
   of all power,  was fully justified in interpreting authoritatively
   the laws which it enacted where they were ambiguous. Moreover, the
   power to do this was expressly conferred on it by  Article  77  of
   the  Constitution.  Clearly  such an interpretation applied to all
   existing cases,  irrespective of whether they were pending  before
   the  courts,  because  it  did not introduce new rules and did not
   amend the provision in question,  but merely  clarified  its  true
   meaning.
       Such intervention by the legislature could not be regarded  as
   unlawful  interference  with the power of the judiciary especially
   where the latter had at its disposal the means necessary to ensure
   that  there  was  no  arbitrariness.  That was the position in the
   Greek legal system.  Article 93 of the Constitution prohibited the
   courts  from  applying  laws  whose  content  was contrary to that
   instrument.  In the present case,  when  Article  12  of  Law  no.
   1701/1987 came into force,  the dispute concerning the validity of
   the arbitration award was still pending in the Court of Cassation.
   That  court  could  therefore  ascertain  whether  the  conditions
   justifying the authoritative interpretation by the legislature  of
   Law   no.   141/1975  obtained  and  whether  that  interpretation
   infringed the principle of the separation of powers.
       44. The  Court  takes the view that the proceedings subsequent
   to the entry into force of Law no.  1701/1987,  when the case  was
   pending in the Court of Cassation,  are of decisive importance for
   the purposes of its investigation.  However,  in order  to  assess
   whether  the  applicants  had  a  fair trial in that court,  it is
   necessary to take account of the earlier proceedings,  what was at
   stake in those proceedings and the attitude of the parties.
       The dispute,  which was brought before  the  Athens  Court  of
   First  Instance  by  the  applicants  on  10  November  1978  (see
   paragraph 10 above), concerned their claim that they were entitled
   to  compensation since the State had already been in breach of its
   obligations under the contract  before  its  termination.  It  was
   referred  to the arbitration court on the initiative of the State,
   which had maintained that the arbitration clause was  still  valid
   and had challenged the jurisdiction of the ordinary courts on that
   basis (see paragraph 10 above).
       The applicants,   albeit  in  the  alternative,  accepted  the
   jurisdiction of the arbitration court and,  when the latter  court
   had partly allowed their claim,  clearly showed that they intended
   to abide by its decision (see  paragraph  17  above).  The  State,
   however,  then  changed  course by bringing the dispute before the
   ordinary civil courts,  before which it contested on this occasion
   the validity of the arbitration clause and,  consequently, that of
   the award (see paragraphs 15 and 18 above).
       The enactment by Parliament of Law no.  1701/1987 indisputably
   represented a turning-point in the proceedings,  which up to  that
   point had gone against the State.
       45. The Government contended that it  had  been  necessary  to
   enact  the Law in question on account of the differing opinions of
   eminent professors of law,  contradictory judicial decisions,  the
   formulation  of  dissenting opinions by judges and the attitude of
   the parties,  who had changed their stances on the validity of the
   arbitration  clause  alternately.  The  growing  debate and public
   policy reasons had thus made it necessary to clarify the intention
   of  the legislature on this question by providing an authoritative
   interpretation - even twelve years on - of Law no.  141/1975.  The
   democratic  legislature  had  been  under a duty to eradicate from
   public life the residual traces of measures taken by the  military
   regime.  Mr  Andreadis  had  been  a  giant of the economy and the
   scheme that he had envisaged had at the time been on a huge  scale
   for  a country the size of Greece.  Moreover,  the announcement of
   the scheme had led, before the fall of the military regime, to one
   of the largest anti-dictatorship demonstrations.
       46. The Court does not question the Government's intention  to
   act  in  response  to  the  Greek people's concern that democratic
   legality be re-established.
       However, by  rejoining  the  Council  of Europe on 28 November
   1974 and by ratifying the Convention,  Greece undertook to respect
   the  principle  of  the  rule  of  law.  This principle,  which is
   enshrined in Article 3 of the Statute of the  Council  of  Europe,
   finds  expression,  inter  alia,  in  Article  6  (art.  6) of the
   Convention.  That provision secures in particular the right  to  a
   fair  trial  and  sets  out  in  detail  the  essential guarantees
   inherent in this notion as applied  to  criminal  proceedings.  As
   regards  disputes  concerning  civil  rights and obligations,  the
   Court has laid down in its case-law the requirement of equality of
   arms  in  the  sense  of  a  fair balance between the parties.  In
   litigation involving opposing  private  interests,  that  equality
   implies  that each party must be afforded a reasonable opportunity
   to present his case - under conditions that do not place him at  a
   substantial disadvantage  {vis-a-vis}  his opponent (see the Dombo
   Beheer B.V. v. the Netherlands judgment of 27 October 1993, Series
   A no. 274, p. 19, para. 33).
       47. In this connection,  the Court has had regard to both  the
   timing  and  manner  of  the  adoption  of  Article  12 of Law no.
   1701/1987.  Shortly before the hearing in the Court of  Cassation,
   which  had  initially been set down for 4 May 1987,  and after the
   parties  had  received  the  opinion   of   the   judge-rapporteur
   recommending the dismissal of the State's appeal, the State sought
   the adjournment of the hearing on the  ground  that  a  draft  law
   concerning  the  case  was  before  Parliament  (see  paragraph 19
   above).
       This draft  law  was  adopted  on 22 May 1987 and entered into
   force on 25 May after its publication in the Official Gazette (see
   paragraph 20 above). The hearing was held on 1 June (see paragraph
   19 above).  Moreover,  while Law  no.  1701/1987  was  principally
   concerned  with  the  renegotiation  of  the  terms  of a contract
   relating to the prospecting for and extraction of oil  and  gas  -
   likewise  concluded  during the dictatorship between the State and
   companies other  than  Stran  -,  Article  12  was  an  additional
   provision  to  that  law and was in reality aimed at the applicant
   company - although the latter  was  not  mentioned  by  name  (see
   paragraph 20 above).
       The Court is fully aware that in order to  meet  the  pressing
   needs  of  urgent  legislation  and  to  avoid  the  delays of the
   legislative  machinery,  legislatures  nowadays  often  deal  with
   similar matters in the same law.
       It is nevertheless an inescapable fact that the  legislature's
   intervention  in  the  present  case  took  place  at  a time when
   judicial proceedings in which the State was a party were pending.
       48. The  Government  sought  to  play  down the effect of this
   intervention.  In  the  first  place  the  applicants  could  have
   requested  a  further adjournment of the hearing to give them more
   time to prepare their case.  Secondly,  paragraph 2 of Article  12
   was  not  an autonomous provision and did not in itself render the
   arbitration  award   void,   because   it   presupposed   judicial
   examination  of the nullity provided for in paragraph 1.  Finally,
   the applicants had  had  the  opportunity  to  put  forward  their
   arguments  before  the  First  Division of the Court of Cassation,
   which had heard the case  on  its  merits  in  the  light  of  the
   decision of the plenary court.
       49. The  Court  is  not  persuaded  by  this  reasoning.   The
   requirement  of fairness applies to proceedings in their entirety;
   it is not confined to hearings inter partes. There can be no doubt
   that   in  the  instant  case  the  appearances  of  justice  were
   preserved,  and indeed the applicants did not complain  that  they
   had  been deprived of the facilities necessary for the preparation
   of their case.
       The principle  of the rule of law and the notion of fair trial
   enshrined in Article 6 (art.  6) preclude any interference by  the
   legislature   with  the  administration  of  justice  designed  to
   influence the judicial determination of the dispute.  The  wording
   of  paragraphs  1  and  2 of Article 12 taken together effectively
   excluded any meaningful examination  of  the  case  by  the  First
   Division of the Court of Cassation.  Once the constitutionality of
   those paragraphs had been upheld by  the  Court  of  Cassation  in
   plenary session, the First Division's decision became inevitable.
       50. In conclusion,  the State infringed the applicants' rights
   under  Article  6  para.  1 (art.  6-1) by intervening in a manner
   which was decisive to ensure that the  -  imminent  -  outcome  of
   proceedings  in  which it was a party was favourable to it.  There
   has therefore been a violation of that Article (art. 6-1).
   
                      2. Length of the proceedings
   
       51. It  remains  to  establish  whether,  as  the   applicants
   maintained, a "reasonable time" was exceeded.
       The Government and the Commission considered that it was not.
       (a) Period to be taken into consideration
       52. The relevant period began on 20  November  1985  when  the
   Greek  declaration accepting the right of individual petition took
   effect.  In order to determine the reasonableness of the period of
   time which elapsed after that date,  regard must however be had to
   the stage which the case had reached at that  time  (see,  as  the
   most recent authority,  the Billi v. Italy judgment of 26 February
   1993,  Series A no.  257-G, p. 89, para. 16). It follows that only
   the  proceedings concerning the validity of the arbitration award,
   which commenced on 2 May 1985, can be taken into account.
       53. In  their memorial,  the Government argued that the "time"
   to be considered should cover only the total of the  periods  that
   elapsed between each hearing and each judgment - approximately two
   years and two and a half months  -  because,  on  account  of  the
   nature  of  the  questions  in  dispute,  each  court which gave a
   decision no longer had jurisdiction to pursue the consideration of
   the case. At the hearing the Delegate of the Agent maintained that
   the relevant period had  ended  on  20  November  1987,  when  the
   applicants  applied  to  the European Commission.  The part of the
   cassation proceedings that was at issue had been  conducted  after
   that date.
       54. The Court shares  the  view  of  the  Commission  and  the
   applicants  that the whole of the period in question must be taken
   into consideration.  It ended on 11 April 1990,  when the judgment
   of the Court of Cassation declaring the arbitration award void was
   delivered (see paragraph  23  above).  It  therefore  lasted  four
   years, four months and twenty days.
       (b) Reasonableness of the length of proceedings
       55. The reasonableness of the length of proceedings is  to  be
   determined with reference to the criteria laid down in the Court's
   case-law and in the light of the circumstances of the case,  which
   in this instance call for an overall assessment.
       The proceedings  in the Athens Court of First Instance and the
   Athens Court of Appeal lasted eighteen months,  about six of which
   were prior to the Greek declaration under Article 25 (art.  25) of
   the Convention.  These proceedings are not open to criticism.  The
   proceedings  in  the  Court  of  Cassation  lasted more than three
   years,  a period that is justified in view of  the  need  to  take
   account of Law no.  1701/1987, and above all the fact that Article
   563 para.  2 of the Code of Civil Procedure requires a division of
   the  Court of Cassation to refer a case to the plenary court if it
   refuses to apply a law on the ground that it  is  unconstitutional
   (see paragraph 21 above in fine).
       56. It follows that on this point there has been no  violation
   of Article 6 para. 1 (art. 6-1).
   
                  III. Alleged violation of article 1
                        of Protocol no. 1 (P1-1)
   
       57. The applicants also claimed to be victims of a  breach  of
   Article 1 of Protocol No. 1 (P1-1), which is worded as follows:
       "Every natural or legal person is  entitled  to  the  peaceful
   enjoyment  of  his  possessions.  No  one shall be deprived of his
   possessions except in the  public  interest  and  subject  to  the
   conditions  provided  for  by law and by the general principles of
   international law.
       The preceding provisions shall not, however, in any way impair
   the right of a State to enforce such laws as it deems necessary to
   control  the  use  of  property  in  accordance  with  the general
   interest or to secure the payment of taxes or other  contributions
   or penalties."
       In their submission,  the enactment and application of Article
   12 of Law no.  1701/1987 had the effect of depriving them of their
   property rights in particular in respect  of  the  debt  in  their
   favour recognised by judgment no.  13910/79 of the Athens Court of
   First Instance and,  especially,  by the arbitration award  of  27
   February 1984 (see paragraphs 11 and 13 above).
       1. Whether there was a  "possession"  within  the  meaning  of
   Article 1 (P1-1)
       58. The principal thrust of the Government's argument was that
   no "possession" of the applicants, within the meaning of Article 1
   of Protocol No. 1 (P1-1), had been subject to interference through
   the operation of Law no. 1701/1987.
       In their  view,  neither  judgment  no.   13910/79   nor   the
   arbitration  award  was sufficient to establish the existence of a
   claim against the State.  A judicial decision  that  had  not  yet
   become final, or an arbitration award, could not be equated to the
   right which might be recognised by such decision or award.
       In particular with regard to the arbitration award, an invalid
   procedure could not produce  valid  effects.  The  applicants  had
   known  perfectly  well  that the award would be a precarious legal
   basis for  their  financial  claims  until  the  question  of  its
   validity had been irrevocably settled. Judgment no. 5526/85 of the
   Athens Court of  First  Instance  (see  paragraph  16  above)  and
   judgment no.  9336/86 of the Athens Court of Appeal (see paragraph
   18 above),  which had initially found in favour of the applicants,
   were  subject to review by the Court of Cassation and,  before the
   latter court's  final  decision,  could  not  form  the  basis  of
   reasonable   expectations   concerning   the  right  of  property.
   Furthermore the applicants  had  themselves  chosen  to  institute
   proceedings  in  the  ordinary  civil  courts  and had strenuously
   opposed the jurisdiction of the arbitration court.
       Finally, the   Government   contended   that   the  Strasbourg
   institutions should not themselves carry out an assessment of  the
   applicants'  complaints without having regard to all the arguments
   of the parties and their attitude before  the  arbitration  court.
   The  State had not recognised that there was any basis for Stran's
   alleged claim,  the merits of which it had consistently  disputed,
   first  in  the  Athens Court of First Instance and then before the
   arbitration court.  Even the proceedings to  have  the  award  set
   aside had of necessity entailed an indirect but implicit challenge
   to the merits of the decision.
       59. In  order  to  determine  whether  the  applicants  had  a
   "possession" for the purposes of  Article  1  of  Protocol  No.  1
   (P1-1),  the Court must ascertain whether judgment no. 13910/79 of
   the Athens Court of First Instance and the arbitration  award  had
   given  rise  to  a  debt  in  their  favour  that was sufficiently
   established to be enforceable.
       60. In the nature of things,  a preliminary decision prejudges
   the merits of a dispute  by  ordering  an  investigative  measure.
   Although  the  Athens Court of First Instance would appear to have
   accepted  the  principle  that  the  State  owed  a  debt  to  the
   applicants  - as the Commission likewise noted -,  it nevertheless
   ordered that witnesses be heard (see paragraph  11  above)  before
   ruling  on  the  existence  and extent of the alleged damage.  The
   effect of such a decision was merely  to  furnish  the  applicants
   with  the hope that they would secure recognition of the claim put
   forward.  Whether the resulting debt was enforceable would  depend
   on any review by two superior courts.
       61. This is not the case with regard to the arbitration award,
   which  clearly recognised the State's liability up to a maximum of
   specified amounts in three different currencies (see paragraph  13
   above).
       The Court agrees with the Government that it is not  its  task
   to  approve  or  disapprove  the  substance of that award.  It is,
   however,  under  a  duty  to  take  note  of  the  legal  position
   established by that decision in relation to the parties.
       According to its wording,  the award was final and binding; it
   did not require any further enforcement measure and no ordinary or
   special appeal lay against it  (see  paragraph  10  above).  Under
   Greek  legislation  arbitration  awards  have  the  force of final
   decisions and are  deemed  to  be  enforceable.  The  grounds  for
   appealing  against  them are exhaustively listed in Article 897 of
   the Code of Civil Procedure (see paragraph 25 above); no provision
   is made for an appeal on the merits.
       62. At the moment  when  Law  no.  1701/1987  was  passed  the
   arbitration  award  of 27 February 1984 therefore conferred on the
   applicants a right in the sums awarded. Admittedly, that right was
   revocable,  since  the  award  could  still  be annulled,  but the
   ordinary courts had by then already twice held - at first instance
   and  on  appeal  -  that  there  was no ground for such annulment.
   Accordingly,  in  the  Court's  view,  that  right  constituted  a
   "possession"  within  the  meaning of Article 1 of Protocol No.  1
   (P1-1).
   
                  2. Whether there was an interference
   
       63. In the applicants' submission,  although no  property  was
   transferred to the State,  the combined effect of paragraphs 2 and
   3 of Article 12 resulted  in  a  de  facto  deprivation  of  their
   possessions  because  the  result was literally to cancel the debt
   arising out of a final and binding arbitration award.
       64. The  Commission  considered  this to be an infringement of
   the right to the peaceful  enjoyment  of  possessions  within  the
   meaning  of the first sentence of the first paragraph of Article 1
   of Protocol No. 1 (P1-1).
       65. The  Government  accepted  neither  of  these views.  They
   maintained that paragraph 2 of  Article  12  merely  described  an
   inevitable  consequence  of  paragraph  1  and  had no independent
   meaning. In this connection they cited their arguments in relation
   to Article 6 (art.  6) of the Convention (see paragraph 48 above),
   affirming more specifically that paragraph 2 of Article 12 had  no
   autonomous  existence  because it presupposed judicial examination
   of the nullity referred to in paragraph 1 and merely set  out  the
   evident  consequences  of such nullity.  The Government added that
   paragraph 3 introduced a measure whose constitutionality  had  not
   been  assessed  by  the  national  courts,  before which an action
   brought by the applicants was still pending, and that a new action
   was  always  possible if the applicants' withdrawal from the first
   one led to its discontinuance (see paragraph 17  above).  However,
   in the latter situation the applicants would encounter the problem
   of failure to exhaust domestic remedies.
       66. The  Court  finds  that there was an interference with the
   applicants' right of  property  as  guaranteed  by  Article  1  of
   Protocol  No.  1  (P1-1).  Paragraph  2  of  Article 12 of Law no.
   1701/1987 declared the arbitration award void  and  unenforceable.
   Paragraph 3 provided that any claim against the State arising from
   contracts   like   those   concluded   by   the   applicants   was
   statute-barred.  Admittedly  the  Court of Cassation left open the
   question  of  the  constitutionality  of  paragraph  3   and   the
   applicants  theoretically have the possibility,  as the Government
   argued,  of pursuing their 1978 action  or  bringing  a  new  one.
   However,  the  prospects of success of such a step appear minimal.
   Indeed the question arises whether a first-instance court would go
   so  far  as  to  hold this paragraph to be unconstitutional on the
   basis of general and abstract provisions of the Constitution  (see
   paragraph  31  in  fine above),  in the light in particular of the
   plenary Court of Cassation's decision of 16 March 1989  concerning
   paragraphs  1  and 2 of Article 12 (see paragraph 22 above).  Both
   that decision and the judgment of the Court  of  Cassation  of  11
   April  1990 (see paragraph 23 above) had the effect of closing the
   proceedings in  issue  once  and  for  all,  which  was  the  real
   objective  of the legislature in enacting Article 12.  This may be
   seen from the actual wording of paragraph 4, which was intended to
   bring  to  a  conclusion  the  sole dispute of this nature pending
   before the courts at the time,  namely that between the applicants
   and  the  State,  and  from the wording of paragraph 3,  which was
   designed to exclude any future action.
       67. It  follows  that  it was impossible for the applicants to
   secure enforcement of an arbitration award having final effect and
   under  which  the State was required to pay them specified sums in
   respect of expenditure that they had incurred in seeking to fulfil
   their  contractual  obligations  or  even for them to take further
   action to recover the sums in question through the courts.
       In conclusion,  there was an interference with the applicants'
   property right.
   
               3. Whether the interference was justified
   
       68. The interference in question was neither an  expropriation
   nor a measure to control the use of property; it falls to be dealt
   with under the first sentence of the first paragraph of Article  1
   (P1-1).
       69. The Court must therefore determine whether a fair  balance
   was  struck  between  the  demands  of the general interest of the
   community  and  the  requirements  of  the   protection   of   the
   individual's fundamental  rights  (see the Sporrong and {Lonnroth}
   v.  Sweden judgment of 23 September 1982,  Series A no. 52, p. 26,
   para. 69).
       70. According  to  the  Government,  Laws  nos.  141/1975  and
   1701/1987  pursued  a  public  interest  aim which in the specific
   context was of much broader significance than the mere elimination
   of the economic consequences of the dictatorship.  These laws were
   part of a body of measures designed to cleanse public life of  the
   disrepute  attaching  to  the  military regime and to proclaim the
   power and the will of the Greek people to  defend  the  democratic
   institutions.   The   applicants'   complaints   derived   from  a
   preferential contract,  prejudicial to the national economy, which
   had  helped  to  sustain  the regime and to give the impression at
   national and international  level  that  it  had  the  support  of
   eminent figures from the Greek business world. The period that had
   elapsed between the restoration of democracy and the enactment  of
   Law no. 1701/1987, the State's decision to opt for arbitration - a
   step of a purely technical nature -  and  the  fact  that  Stran's
   claims  related  solely  to the reimbursement of its expenses were
   immaterial.
       71. The  applicants did not contest the Government's assertion
   that the brutal practices of  the  military  regime  weighed  more
   heavily  on  the  scales  of  public interest than claims based on
   transactions concluded  with  that  regime.  However,  the  public
   interest  that  the  Court  was  called upon to assess in the case
   before it was a different one.  It would be unjust if every  legal
   relationship  entered  into with a dictatorial regime was regarded
   as invalid when the regime came to an end.  Moreover, the contract
   in question related to the construction of an oil refinery,  which
   was of benefit to the economic infrastructure of the country.
       72. The  Court  does  not  doubt that it was necessary for the
   democratic Greek State to terminate a contract which it considered
   to  be prejudicial to its economic interests.  Indeed according to
   the case-law of international courts and of arbitration  tribunals
   any  State  has  a  sovereign  power  to amend or even terminate a
   contract concluded with  private  individuals,  provided  it  pays
   compensation (Shufeldt arbitration award of 24 July 1930,  Reports
   of International Arbitral Awards,  League of Nations,  vol. II, p.
   1095).  This both reflects recognition that the superior interests
   of the State take  precedence  over  contractual  obligations  and
   takes  account  of  the  need  to  preserve  a  fair  balance in a
   contractual relationship. However, the unilateral termination of a
   contract  does  not  take  effect in relation to certain essential
   clauses of the contract,  such as the arbitration clause. To alter
   the  machinery  set  up  by enacting an authoritative amendment to
   such a clause would make it possible for one  of  the  parties  to
   evade  jurisdiction  in  a  dispute  in  respect of which specific
   provision was   made   for   arbitration   (Losinger  decision  of
   11 October  1935,  Permanent  Court  of   International   Justice,
   Series C no.  78,  p.  110, and arbitral awards in Lena Goldfields
   Company Ltd v.  Soviet Government,  Annual Digest and  Reports  of
   Public  International  Law Cases,  vol.  5 (1929 - 1930) (case no.
   258), and Texaco Overseas Petroleum Company and California Asiatic
   Oil  Company  v.   Government  of  the  Arab  Republic  of  Libya,
   preliminary  decision  of  27  November  1975,  International  Law
   Reports, vol. 53, 1979, p. 393).
       73. In  this connection,  the Court notes that the Greek legal
   system recognises  the  principle  that  arbitration  clauses  are
   autonomous  (see  paragraph 18 above) and that the Athens Court of
   First Instance (see paragraph  16  above),  the  Athens  Court  of
   Appeal  (see  paragraph  18  above)  and,  it  would  appear,  the
   judge-rapporteur of the  Court  of  Cassation  (see  paragraph  19
   above)  applied  this principle in the present case.  Moreover the
   two courts found that the applicants'  claims  originating  before
   the termination of the contract were not invalidated thereby.
       The State was therefore under a duty to pay the applicants the
   sums  awarded  against  it  at  the  conclusion of the arbitration
   procedure,  a procedure for which it  had  itself  opted  and  the
   validity  of  which had been accepted until the day of the hearing
   in the Court of Cassation.
       74. By  choosing to intervene at that stage of the proceedings
   in the Court of Cassation by a law which invoked  the  termination
   of  the  contract  in  question  in  order  to  declare  void  the
   arbitration clause and  to  annul  the  arbitration  award  of  27
   February  1984,  the  legislature  upset,  to the detriment of the
   applicants, the balance that must be struck between the protection
   of the right of property and the requirements of public interest.
       75. There has accordingly been a violation  of  Article  1  of
   Protocol No. 1 (P1-1).
   
                     IV. Application of article 50
                      (art. 50) of the Convention
   
       76. Under Article 50 (art. 50) of the Convention,
       "If the  Court  finds  that a decision or a measure taken by a
   legal authority or any other authority of a High Contracting Party
   is  completely  or  partially  in  conflict  with  the obligations
   arising from the ...  Convention,  and if the internal law of  the
   said  Party  allows  only  partial  reparation  to be made for the
   consequences of this decision or  measure,  the  decision  of  the
   Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured
   party."
       The applicants  claimed  compensation for pecuniary damage and
   the reimbursement of costs and expenses.
   
                          A. Pecuniary damage
   
       77. The applicants argued that only the payment in full of the
   amount  awarded  by  the  arbitration  decision  could achieve the
   restitutio in integrum required by Article 50 (art. 50).
       They therefore  claimed  as pecuniary damage that amount ("the
   principal sum") plus interest at a flat rate of 6%  -  which  they
   maintained  had  been  included in the arbitration award - from 10
   November 1978  to  the  date  of  violation,  making  a  total  of
   175,869,155.78  drachmas,  24,282,694.28 US dollars and 929,652.81
   French francs.  They also sought interest on the amount awarded as
   pecuniary  damage,  from  the date of violation to the date of the
   Court's judgment.
       In the  alternative,  they  claimed  as  pecuniary  damage the
   principal sum plus interest at a flat rate of 6%  from 10 November
   1978  to  the  date  of  the Court's judgment.  At the date of the
   hearing before the Court,  interest on the principal  amounted  to
   approximately  106,898,000  drachmas,  14,790,000  US  dollars and
   567,000 French francs.
       78. The  Government  contended  that  the  applicants were not
   entitled to any compensation under Article 50  (art.  50)  because
   they  could  obtain  satisfaction  through  the  domestic remedies
   available.  Even supposing that the application of Article  12  of
   Law  no.  1701/1987  had infringed the applicants' right to a fair
   trial, it in no way affected their financial claims. The annulment
   of  the  award  did  not  prevent  them from continuing their 1978
   action or from bringing a new action.
       In any  event,  the award did not provide a satisfactory basis
   for  assessing  the  compensation  sought  because  it  had  dealt
   erroneously  with the merits of the case.  The proceedings for the
   annulment of the award brought by the State reflected  an  express
   criticism of its fairness.
       If, on the other hand,  the Court found a breach of Article  1
   of Protocol No. 1 (P1-1), that finding would constitute sufficient
   just satisfaction; under no circumstances should such satisfaction
   exceed one million drachmas for non-pecuniary damage.
       Finally, the Government contested the applicants'  claims  for
   interest. Relying on the Greek legislation and settled case-law to
   this effect,  they affirmed that neither judgment  no.  13910/1987
   nor  the  arbitration  award  could  give  rise  to the payment of
   interest  because  they   were   declaratory   in   nature.   More
   specifically  the  reference  to 6%  interest appeared only in the
   grounds of the award (see paragraph  13  above)  and  was  a  mere
   obiter dictum of a wholly erroneous nature.  The arbitration court
   did not repeat it in the operative part of its decision  and  with
   good  reason.  No  such  claim  had been made before it and as the
   matter  had  been  referred  to  arbitration  by  the  State   the
   arbitrators could not have ordered the latter to pay interest.
       79. The Delegate  of  the  Commission  stressed  firstly  that
   Article   50   (art.   50)  required  just  satisfaction  and  not
   necessarily complete satisfaction.  He also drew attention to  the
   fact that the sums mentioned in the award had not been examined by
   the domestic courts.  He invited the Court  to  subject  the  sums
   sought to careful scrutiny.
       80. The Court reiterates that it affords  "just  satisfaction"
   only  "if  necessary",  without  being  bound  in  this respect by
   domestic legal rules (see the Sunday Times v.  the United  Kingdom
   (no.  1) judgment of 6 November 1980, Series A no. 38, p. 9, para.
   15).
       81. It  observes  that  the  operative part of the arbitration
   award declared Stran's claims against the State  unfounded  in  so
   far  as they exceeded 116,273,442 drachmas,  16,054,165 US dollars
   and 614,627  French  francs.  Having  regard  to  its  finding  at
   paragraph 75, the Court concludes that the applicants are entitled
   to the reimbursement of these sums.
       82. On the question of interest, the Court takes the view that
   the arbitration court did not consider it a necessary element  for
   the settlement of the dispute (see paragraph 13 above); it was not
   therefore included in the right to compensation recognised in  the
   operative part.
       However, the adequacy of the compensation would be  diminished
   if  it  were to be paid without reference to various circumstances
   liable to reduce its value,  such as the fact that ten years  have
   elapsed since the arbitration decision was rendered.
       83. The applicants' claim should  accordingly  be  allowed  in
   part  and  they  should  be  awarded  6%  simple  interest  on the
   above-mentioned sums (see  paragraph  81  above)  for  the  period
   running from 27 February 1984 to the date of judgment.
   
                         B. Costs and expenses
   
       84. The  applicants  did  not make any claim in respect of the
   costs of the proceedings conducted in the Court of Cassation after
   the entry into force of Law no. 1701/1987.
       On the other hand,  they sought the reimbursement of the costs
   and  expenses  incurred before the Convention organs in the amount
   of 171,041 GBP sterling,  plus interest on that sum for the period
   between the date of the Court's judgment and the actual payment.
       A week after the hearing of 19  April  1994,  the  applicants'
   lawyers submitted to the Court a claim for a further 34,709.05 GBP
   sterling in respect of additional costs incurred between the  date
   on which their memorial was filed and that of the hearing.
       85. The Government questioned whether  the  costs  sought  had
   been  necessarily incurred and whether they were reasonable.  They
   stated that they were prepared to pay 2,800,000 drachmas.
       86. The  Delegate  of the Commission did not express a view on
   this matter.
       87. The  Court  notes  that  according  to Rule 50 of Rules of
   Court A claims must be filed at least one month  before  the  date
   fixed  for  the  hearing.  In recent cases it has decided to apply
   this rule strictly (see the Vendittelli v.  Italy judgment  of  18
   July 1994, Series A no. 293-A, p. 13, paras. 42 - 43).
       In the present case,  it finds no  trace  in  the  applicants'
   memorial  or  in  the  verbatim  report  of  the  hearing  of  the
   additional claim or even of an intention to submit  such  a  claim
   after the hearing. It therefore dismisses it as out of time.
       Making an assessment on an equitable basis and with  reference
   to the criteria that it applies in this field, the Court considers
   it appropriate to reduce  the  sum  set  out  in  the  applicants'
   initial claim.  It  awards them 125,000 GBP sterling,  no interest
   being payable on that amount.
   
                FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
   
       1. Dismisses the Government's preliminary objection;
       2. Holds that Article 6 para.  1 (art.  6-1) of the Convention
   applies in this case;
       3. Holds  that  there  has been a breach of Article 6 para.  1
   (art. 6-1) of the Convention as regards the right to a fair trial;
       4. Holds  that  there has been no breach of Article 6 para.  1
   (art.  6-1) of  the  Convention  as  regards  the  length  of  the
   proceedings;
       5. Holds that there has been a breach of Article 1 of Protocol
   No. 1 (P1-1);
       6. Holds  that  the  respondent  State  is  to  pay   to   the
   applicants, within three months:
       (a) for pecuniary damage: 116,273,442 (one hundred and sixteen
   million  two  hundred  and seventy-three thousand four hundred and
   forty-two)  drachmas,  16,054,165  (sixteen   million   fifty-four
   thousand  one  hundred and sixty-five) US dollars and 614,627 (six
   hundred and fourteen thousand six hundred and twenty-seven) French
   francs,  plus  simple interest at 6%  from 27 February 1984 to the
   date of judgment (see paragraph 83 of the judgment);
       (b) for costs and expenses incurred in Strasbourg: 125,000 GBP
   (one hundred and twenty-five thousand) sterling;
       7. Dismisses the remainder of the claim for just satisfaction.
   
       Done in  English  and  in  French,  and  delivered at a public
   hearing in the Human Rights Building,  Strasbourg,  on 9  December
   1994.
   
                                              Signed:    Rolv RYSSDAL
                                                            President
   
                                              Signed: Herbert PETZOLD
                                                     Acting Registrar
   
   


<<< Назад

 
Реклама

Новости законодательства России


Тематические ресурсы

Новости сайта "Тюрьма"


Новости

СНГ Бизнес - Деловой Портал. Каталог. Новости

Рейтинг@Mail.ru


Сайт управляется системой uCoz